riga
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Золтан Биро: Идеология глобализма противоречит национальным интересам

Собеседник BaltNews.lv – известный венгерский политик, писатель, публицист Золтан Биро. Он был одним из тех, кто четверть века назад активно участвовал в смене политического строя в своей стране, и тем самым способствовал выходу из зоны советского влияния.

В настоящее время Золтан Биро руководит Институтом изучения истории смены системы (Будапешт), созданным решением правительства Венгрии в 2013 году. Под его крышей собрались несколько десятков представителей интеллектуальной элиты страны — ученые, исследователи, политики. Цель — изучение, описание и анализ трансформаций, произошедших в Венгрии, Центральной Европе за последние 25 лет. И, соответственно, выработка рекомендаций для дальнейшего устойчивого развития страны.

Несмотря на то, что Венгрия была частью социалистического блока как суверенная страна, а Латвия, Литва и Эстония на правах республик входили в состав СССР, политические и экономические процессы развивались в них по схожим сценариям. При всех различиях это позволяет говорить об общих тенденциях и закономерностях, которые свойственны государствам Центральной и Восточной Европы после распада СССР.

Для обсуждения этой темы Золтан Биро — идеальный эксперт, обладающий не только теоретическими знаниями и информацией, но и практическим политическим, а также личным эмоциональным опытом. С ним корреспонденту BaltNews.lv удалось познакомиться на международной научной конференции «Россия и Центральная Европа в новых геополитических реальностях», которую недавно организовал Институт Европы Российской академии наук.

- Господин Биро, Вы были первым председателем Венгерского демократического форума — партии, основанной в 1987 году, затем — Национального демократического союза. Будучи ранее участником политического процесса, наблюдая его изнутри, сегодня Вы изучаете и анализируете события новейшей истории. Ищете ответы на вопросы, которых ранее не возникало?

— Тот, кто сегодня посмотрит на происходящее на его родине или в мире, по праву может задать вопрос: а что же действительно произошло за последнюю четверть века? От чего к чему мы пришли? Как могло случиться, что у людей нет ощущения безопасности, что массы населения обнищали даже по сравнению с тем, как жили ранее? Как могло произойти, что Европа все больше скатывается к состоянию духовного и морального паралича, в то время как бюрократический аппарат Европейского союза начинает командовать странами, национальными правительствами и учреждениями? Ответы на подобные вопросы я пытаюсь найти на примере Венгрии, анализируя события периода смены строя в нашей стране.

- Видимо, изменения были неизбежны. Но люди в результате геополитических изменений ожидали чего-то другого.

— В экономическим и военном соревновании Советский Союз был вынужден сдать свои позиции перед лицом экономического и технологического превосходства США, их стремления к мировому господству. Народы все сильнее — и уже не первый раз — восставали против подчинения имперским интересам СССР. В результате перед странами Центральной и Восточной Европы открылась возможность смены общественного строя. Одновременно перед западными державами открылось пространство Центральной и Восточной Европы.

Смена общественного строя в каждой стране произошла с большими или меньшими различиями. В некоторых странах процессы прошли бескровно, в некоторых — новые национальные и социальные устремления сопровождались кровью и насилием. Однако, основные цели были одинаковы — достижение самоопределения нации, независимой государственности и демократического устройства.

Нет больше в Центральной и Восточной Европе различий и с точки зрения конечного результата. Везде сформировалась многопартийная система и парламентаризм того или иного уровня. И везде это сопровождалось большими иллюзиями, связанными с сущностью демократии. А также с видимостью национальной самостоятельности и независимости.

В череде иллюзий особое место занимала иллюзия о возможности быстрого перехода к социальной рыночной экономике. Ведь от этого ждали быстрого роста жизненного уровня населения, более справедливого распределения благ. С этим связывали если не достижения, то хотя бы приближения к уровню жизни богатых стран Запада.

- Хорошо помню стихийные митинги в конце 1980-х годов в Риге. Люди устали от очередей, дефицитных товаров, список которых становился все длиннее. Казалось, сменим строй, и все у нас наладится.

— Страны бывшего социалистического лагеря и бывшие республики СССР оказались странами обедневшими, часто — погрязшие в долгах, как Венгрия. Они не располагали необходимыми капиталами. Положение осложнялось и тем, что у них не было опыта существования в действующей капиталистической системе.

Вместе со своими новыми руководителями эти страны были новичками в мире рыночной экономики и многопартийной системы. Элиты, пришедшие к власти, не были близко знакомы с экономическими и политическими силами Запада. И не осознали истинные намерения, скрывающиеся за кажущимся стремлением помочь.

Населением Центральной и Восточной Европы, ослепленным обещаниями свободы и демократии, была практически утрачена способность к здравым оценкам неолиберальной или неоконсервативной риторики западных держав, была потеряна способность к сопротивлению. Таким образом, уже ранее ослабленную иммунную систему этих обществ еще больше ослабил сам процесс смены общественного строя. Тем, кто хотел «войти» в этот регион сделать это было совсем нетрудно.

В случае с Венгрией это было особенно легко. Одна из причин — продолжавшийся долгое время процесс роста государственного долга. Другая причина заключалась в том, что многие руководители — политики Социалистической партии Яноша Кадара — приспособились к новой ситуации и чрезвычайно быстро превратились в пропагандистов капитализма и Североатлантического альянса. Либеральная же партия свободных демократов уже в кадаровские времена встраивалась в мировую либеральную сеть. Венгерские либералы в период смены строя способствовали проникновению Запада отчасти в качестве его прислужников, отчасти информаторов и пособников.

- В странах Балтии мы также неоднократно наблюдали как бывшие члены партийной номенклатуры или гуманитарии, защитившие диссертации по тематике коммунистического строительства, становились ярыми защитниками новых ценностей. Новая старая элита, как правило, критически их оценить не пыталась. Новые тренды экономического мышления сомнению не подвергались.

— Три принципа либерализма и глобализма — либерализация, приватизация, дерегулирование и связанный с ними по существу принцип свободного движения капиталов, доводы типа — «государство — плохой хозяин, рынок все решит», нашли благодатную почву в этих кругах.

У нас в Венгрии уже во время последнего социалистического правительства начали так называемую спонтанную приватизацию. А затем правое правительство, сформированное в результате первых свободных выборов, дало зеленый свет ускоренной и безответственной приватизации. И вместе с этим — политическому и экономическому проникновению Запада для реализации его интересов.

Кстати, в подготовке экспансии уже в 1989 году активное участие принимали два очень влиятельных американца: Джорж Сорос — печально широко известный международный спекулянт, и тогдашний посол США в Будапеште Марк Палмер, отбросивший правила невмешательства во внутренние дела страны пребывания и открыто помогавший свободным демократам в их стремлении захвата власти.

Процесс подчинения проходил при поддержке международной прессы и с помощью экономических и финансовых средств. Джорж Сорос с его программой открытого общества по существу стремился создать идеологию для разрушения самоопределения нации и для обеспечения власти капитала над народами.

Государственные долги, распродажа национального богатства, а также экономическая и политическая экспансия Запада — все это привело к полной незащищенности, уязвимости экономики и общества. В этой ситуации уже нельзя было говорить ни о независимости нации, ни о государственном суверенитете. В таких условиях и демократическое и политическое устройство постепенно превращалось в свою карикатуру.

- Ваши резкие критические высказывания, безусловно, имеют основания. Но все же: если в мире все мы связаны, так или иначе зависим друг от друга — может ли вообще небольшое государство быть не только де юре, но и де факто независимым и самостоятельным? Может ли вообще сопротивляться мировым тенденциям? Возможно, ожидание лучших времен объективно не имело под собой основания?

— От прекрасных иллюзий свободы и демократии, идеи самоопределения наций, государственного суверенитета, что присутствовало в первые месяцы после смены строя, осталось только нагромождение разочарований. Не удивительно: ведь за короткий период исчезло полтора миллиона рабочих мест.

Конкретную политику проводят конкретные люди. После процесса ликвидации венгерской промышленности были созданы невозможные условия для сельского хозяйства, распалась общественная безопасность, стало очевидным привилегированное положение банков, управляемых из-за границы и по большей части находящихся в иностранной собственности. Возникло ощущение, что первое свободное избранное правительство действует по указке из-за рубежа.


- Сейчас ситуация иная: сегодняшнее правительство Виктора Орбана, на взгляд многих в Европе, проводит слишком самостоятельную и неправильную политику, за что подвергается критике. Премьер идет к реализации совместного с Россией проекта в атомной энергетике, поддержал Путина по Крыму. А решительные, жесткие действия в отношении беженцев, неожиданно хлынувших на территорию Венгрии, вызвали даже обвинения в жестокости и ксенофобии.

— Несколько лет назад у страны наконец-то появилось стремление к проведению самостоятельной политики. Правительство и премьер-министр, находясь в последние годы под постоянными нападкам, начало наводить порядок в государственных делах — управлять государством, ставить управление государством на службу нации. Было озвучено требование открыть возможности сотрудничества с востоком, с Россией. Или хотя бы проводить более либеральную политику. На наш взгляд, очевидно, что нынешняя Россия — это не то же самое, что Советский Союз.

А нападки вызваны в том числе — уже очень заметным в военном отношении стремлении западных держав, в первую очередь — США к господству в нашем регионе. Это касается и Среднего Востока, и Северной Африки. При одновременном бездействии и беспомощности Европы. Венгрия вследствие своего геополитического положения и незащищенности с востока, запада, севера и юга оказывается во все более тяжелом положении даже тогда, когда стремления правительства служат хорошим целям.

Мы превращаемся в точку столкновения обостряющихся конфликтов. Несмотря на это, основной интерес Венгрии и всех стран региона заключается в том, чтобы продолжать политику, которая служит не разрыву Европы на части и не толкает ее к хаосу, а способствует развитию сотрудничества и утверждает права нации на самоопределение.

- На конференции Вы выступили с докладом «Завоевание пространства под термином реформирования», где поделились видением того, как коллективный Запад забирал страны Восточной Европы, в частности — Венгрию, в сферу своего влияния после распада СССР. К каким выводам вы пришли, оглядываясь назад? Что надо было бы делать по-иному?

— Во время смены строя в 1989 — 1990-х годах было бы разумно, представляя национальные интересы, найти достаточную смелость и стремиться к достижению следующих целей:
первое, это добиться нейтралитета региона, опираясь на международные гарантии. Во-вторых, воспользовавшись победой на выборах Венгерского демократического форума, тогда еще не ставшего либеральным, проводить более продуманную, более разумную практику приватизации, при которой можно было бы сохранить в руках государства стратегические национальные богатства. И третье: не ослаблять, а укреплять роль государства в переходный период и после него.

Далее — более решительно проводить социальную политику в рамках сформировавшегося рыночного хозяйства.

И последнее: не следовало заключать пакты с либеральной партией, опираясь на силу и доверие общества. Не подпускать к власти силы, представляющие явные антинациональные устремления.

Таким видел будущее на заре переходного периода Венгерский демократический форум, и от этого он отказался, оказавшись у власти. Это то, о чем надо было бы договориться политическим силам региона, добившимся смены строя. Вместо этого мы дрейфовали под влиянием чуждых интересов, все-таки надеясь, что после периода более жестких и более мягких диктатур, мы будем жить не в такой, а более безопасной нынешней Европе.

- Спасибо за беседу.

 

Загрузка...

Сюжеты