riga
Литва
Эстония
Латвия

ЛАТВИЯ

Экс-посол Вашингтона в Москве Майкл Макфол.
© mn.ru

Майкл Макфол: "Я мало беспокоюсь о странах Балтии"

Бывший посол США в России рассказал латвийской газете "СЕГОДНЯ" о том, что Владимир Путин может сделать с Прибалтикой.

Бывший посол США в РФ, а ныне профессор политологии Стэнфордского университета Майкл Макфол начал свое выступление на тему "Новая холодная война? Может ли Трамп ее остановить?" словами о том, что буквально шокирован тем, сколько людей пришло на встречу. Действительно, зал Университета Джорджа Вашингтона в американской столице был переполнен экспертами, политологами, студентами и, конечно, журналистами, передает собкор газеты "СЕГОДНЯ" в Вашингтоне

С официальной точки

Майкла Макфола в России считают вдохновителем и подстрекателем неудавшейся "цветной" революции, тесно контактировавшим с российской оппозицией. Однако после его яркого и интересного выступления, пестрящего шутками и отличающегося доступным анализом событий, сложилось впечатление, что Макфол не является каким-то ярым русофобом, а просто пытается объяснить американской общественности причины ухудшения американо-российских отношений на сегодняшний момент.

В своем выступлении он ни разу, в отличие от действующих политиков типа Маккейна, не оскорбил руководство РФ,

но отметил, что у него много русских друзей и он с оптимизмом смотрит в будущее России.

Естественно, будучи послом своей страны, он действовал в соответствии с указаниями своего руководства и смотрит на некоторые события сквозь призму американской официальной точки зрения. 

Дать по носу Путину

"Я не думаю, что для Путина этот конфликт несет в себе узкое определение национальных интересов. Я думаю, что это идеологическая конфронтация — она касается "империалистической Америки", "упаднического Запада" и "незрелой Украины". Это все идеологические понятия. И он (Путин) считает, что отстаивает идеологическую альтернативу Западу и Соединенным Штатам. В этом отношении это похоже на серьезную конфронтацию, не очень отличающуюся от холодной войны по масштабам, а в некоторых аспектах даже хуже, чем в последние годы холодной войны. Ответ администрации Обамы был значительным: после того как Россия вторглась в Украину, Обама в своей речи в ООН заявил, что у мира есть три угрозы: эбола, ИГИЛ, и Россия. НАТО сфокусировалось на России, были введены санкции», — говорит Макфол.

«Кстати, Путин не вторгался в Украину, когда я был послом — я его сдерживал. (Смех в зале.) Он вторгся вскоре после того, как я покинул пост",

— добавил экс-посол США в РФ.

Далее господин Макфол привел в пример теорию, согласно которой сегодняшняя ситуация сложилась из-за слабости и наивности Обамы, и процитировал спикера конгресса Джона Бонера, который сказал: "Разве вошел бы Владимир Путин в Крым, будь президентом Джордж Буш? Путин получил бы от него в нос через 10 секунд!"

"Буш сидел недалеко от Путина на открытии Олимпиады в Китае, тогда начались грузинские события. Буш обладает хорошим здоровьем, и если бы захотел, то мог бы добраться до Владимира Путина и до его носа. К счастью, он этого не сделал. (Смех.) Мы вообще тогда не угрожали использовать военную силу".

Мы — враги

По мнению Майкла Макфола, основными причинами сегодняшней конфронтации являются российские внутриполитические события: передача власти от президента Медведева президенту Путину и народные протесты 2011 и 2012 годов.

"Президент Обама и президент Медведев имели хорошие рабочие отношения — оба были молоды, прагматичны, говорили длинными фразами. В отличие от Путина, у него более прямолинейный стиль. Медведев считал, что хорошие отношения выгодны и для России, и для США. В то время мы не предполагали, что с его уходом отношения изменятся, ведь все это время основные решения все равно за кулисами принимал Путин. Но мы ошиблись. У Путина совсем другой взгляд на мир. Они вместе работают, но очень отличаются друг от друга.

Мы для Путина — враг. Мы — соперники.

Он закончил школу КГБ, и его взгляды не изменились от того, что Советский Союз распался. Он видит мир с точки зрения "нулевой суммы" — плюс два для Америки означает минус два для России.

Он считает, что мы используем открытые и скрытые операции для свержения неугодных режимов.

Кстати говоря, для этого есть основания, и статистические данные последних семидесяти лет это подтверждают. Обама пытался убедить его, что мы не такие. Во время встречи с Обамой Путин 20 минут говорил об ошибочности иракской войны. Президент Обама, который гораздо более терпеливее меня, внимательно слушал, а потом сказал: "Вы правы. Я согласен. Я был против этой войны". Это было для Путина небольшим потрясением. Мы надеялись на его открытое восприятие, но потом случились Египет, Ливия, Сирия и демонстрации в самой России. Путин пришел к выводу, что мы за всем этим стоим. Многотысячная демонстрация в Москве против фальсификации выборов — последний раз такие видели во времена распада СССР.

Вот тогда он и повернул в обратную сторону. Назвал этих людей предателями и марионетками. Я, не успев еще получить аккредитацию, тоже вдруг стал "врагом", поддерживающим оппозицию. Это передавали в вечерних новостях. Якобы я агитирую за Навального, хотя я лично с ним ни разу не встречался, видел его только в группе людей на одном мероприятии.

Вот тогда-то, по моему мнению, и началась конфронтация. Ему нужен был враг. Я думаю, при другом лидере траектория отношений была бы иной — Дмитрий Медведев не раз встречался с оппозицией и выслушивал ее. Даже в то время мы продолжали сотрудничать. К примеру, пришли к договоренности об уничтожении химического оружия в Сирии.

Потом была последняя капля: народ в Украине решил, что они принадлежат к Европейскому союзу. Мы их не контролировали, но народ проголосовал ногами, когда Янукович решил не подписывать соглашение. Вице-президент США звонил ему несколько раз, пытаясь разрядить обстановку.

Вскоре Янукович сбежал, и мы не могли понять почему. А Путин сразу все понял: это снова были американцы!

Снова ЦРУ! Сменили власть прямо под носом — около нашей границы!

Вот тогда он и решил войти в Крым и перейти к наступательным действиям во всем мире, включая атаку на наш суверенитет и чистоту выборов. Я не думаю, что в его планы входит воссоздание Советского Союза, я думаю, что это был тактический, эмоциональный ответ на стремительно развивающиеся события и план был скорректирован в реальном времени".

"Не думаю, что мы обречены на конфликт с Россией, хотя прогнозирую, что такое противостояние продлится долгое время. Хотя есть еще и "козырь" — наш новый президент, обещавший признать Крым российским и вообще сотрудничать с Кремлем. Я не знаю, во что Трамп действительно верит. Я не думаю, что он действительно знает то, о чем говорит, что касается таких тем, как Россия, но он демонстрирует желание и намерение к неординарным, драматичным действиям".

Драмы не будет

Отвечая на просьбу собственного корреспондента газеты "СЕГОДНЯ" дать совет латвийским политикам о том, как выстраивать отношения с Российской Федерацией, учитывая присутствие войск НАТО недалеко от российской границы, а также многочисленное русскоязычное население, Майкл Макфол указал на то, что "членство в НАТО — это важный фактор, и совсем не тривиальный для Владимира Путина".

"Я мало беспокоюсь о том, что Путин может сделать в балтийских странах.

Во всяком случае по сравнению с тем, что может случиться в странах, не входящих в НАТО. Не думаю, что есть большая вероятность того, что мы станем свидетелями драматичных событий между Россией и Прибалтийскими государствами, по крайней мере в период "медового месяца" с Трампом, пока он пытается заручиться поддержкой своего нового коллеги в других важных вопросах", — сказал профессор политических наук Макфол.

 

Русские портреты в Латвии

ЛАТВИЯ