riga
Литва
Эстония
Латвия

Сюжеты

Премьер-министр Великобритании Тереза Мэй.
ria.ru

Bloomberg: Путин пока не боится, а зря

Ответ британского премьер-министра Терезы Мэй на попытку отравления российского двойного агента Сергея Скрипаля не впечатлит никого в Кремле. Однако Мэй изложила многообещающую линию нападения на режим Путина, рассказав о международных усилиях, призванных наказать Россию за имеющийся у нее тайный арсенал химического оружия, пишет автор Bloomberg.

Незамедлительный ответ британского премьер-министра Терезы Мэй на попытку отравления российского двойного агента Сергея Скрипаля в Солсбери не впечатлит никого в Кремле, пишет Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky) в своей публикации.

Однако Мэй изложила многообещающую линию нападения на режим Владимира Путина, рассказав о международных усилиях, призванных наказать Россию за имеющийся у нее тайный арсенал химического оружия.

Мэй объявила о выдворении 23 российских дипломатов, «опознанных как тайные офицеры разведки». Это самая крупная высылка с 1971 года, когда Британию пришлось покинуть 90 россиянам. Но Кремль был готов к этому символическому в основном шагу, и уже в ближайшее время может объявить о симметричном ответе.

Это повлечет за собой лишь возможное сокращение туристических и пассажирских потоков между Россией и Соединенным Королевством, как это было в прошлом году после взаимной высылки россиян и американцев.

Никто в Москве не будет лить слез и из-за другого заявления Мэй: о разрыве отношений на высоком уровне между двумя странами. Как саркастически написал в среду в Твиттере лидер российской оппозиции Алексей Навальный, «члены британской королевской семьи не приедут на открытие чемпионата мира по футболу. Путин плачет от горя и прекращает убивать людей».

Позже Навальный удалил этот твит и еще один, где говорится, что хотя 23 российских дипломата будут высланы, 23 российских олигарха «станут по-прежнему наслаждаться жизнью в Лондоне». Возможно, он решил, что слишком резко выразился по поводу Мэй. Но придумать ответ на отравление Скрипаля — это нелегкая задача.

Более суровое наказание, чем санкции против России за вторжение в Крым, вряд ли будут оправданными. Но если Британия сейчас даст такой же слабый ответ, как и после убийства на ее территории другого русского Александра Литвиненко, то это вызовет политические неприятности. В этом смысле выдворение дипломатов стало правильным сигналом, ведь после случая с Литвиненко Лондон выслал только четверых россиян.

Мэй никак не может объявить самую эффективную и симметричную меру устрашения в ответ на жестокие действия России, какой является проведение аналогичной операции на российской территории. Ей приходится обходиться завуалированными угрозами.

«Конечно, есть и другие меры, которые мы готовы применить в любой момент, если столкнемся с дальнейшими провокациями со стороны России», — сказала она. Это может быть все, что угодно, начиная с кибератак и кончая операциями спецслужб. Но Кремль в любом случае ждет этого, ведь российское руководство уже долгие годы страдает от паранойи по поводу западного вмешательства. Для него это в порядке вещей, как со Скрипалем, так и без него.

Несмотря на шумные угрозы применить меры в отношении российских состояний сомнительного происхождения в Британии и против враждебно настроенных россиян в целом, у Лондона по всей видимости нет плана масштабных репрессий против российских денег, циркулирующих по лондонской кровеносной системе.

«Но тем, кто хочет причинить нам вред, я скажу просто: вам здесь не рады», — сказала Мэй. Это столь же эффективно, как и те объявления, которые я видел несколько лет назад в Стратфорде-апон-Эйвоне, где говорилось, что нельзя кормить канадских гусей, потому что им здесь не рады (в отличие от местных лебедей). Гусям на это было наплевать.

Мэй также ничего не сказала об экономических санкциях против России, скажем, об ограничении импорта энергоресурсов из этой страны (Британия в последнее время в больших количествах покупает российский сжиженный газ), или об отключении России от платежной системы SWIFT, через которую осуществляются переводы денег. Такие меры нанесут ущерб самой Британии, и против них выступят другие европейские страны, не желающие нести новые экономические убытки из-за санкций против Путина.

Но было бы неверно с пренебрежением относиться к ответным мерам, называя их слабыми и неэффективными. НАТО в среду выступила с заявлением по поводу атаки на Скрипаля и его дочь Юлию, назвав ее «первым случаем агрессивного применения нервно-паралитического отравляющего вещества на территории альянса с момента его создания».

Наверное, этого недостаточно, чтобы ввести в действие положение статьи 5 устава НАТО о совместной обороне, как это было после терактов 11 сентября. Но это начало того, что может вылиться в самое мощное наступление на международное положение и авторитет России после захвата Путиным Крыма.

Западные страны, и в частности США, уже осудили Путина за то, что он не выполнил свое обещание помочь в уничтожении запасов химического оружия, имеющихся у режима президента Асада. Асада в последние годы неоднократно обвиняли в осуществлении химических нападений, а Россию на различных форумах называли его сообщницей.

Теперь России могут предъявить требование раскрыть информацию о том химическом оружии, которое она очевидно хранит сама. Об этом еще в начале 1990-х годов предупреждал разоблачитель Вил Мирзаянов, рассказавший о программе бинарного химического оружия «Новичок».

Мирзаянов в своей книге «Государственные секреты» написал, что семейство нервно-паралитических отравляющих веществ «Новичок» разрабатывали с тем, чтобы не было никаких нарушений договоров об уничтожении химического оружия.

Его основой является обычный пестицид, который превращается в смертельный яд только тогда, когда вступает в реакцию с другим веществом. Теперь, когда отравляющее вещество «Новичок» применили для отравления Скрипаля, Россия подвергнется мощному давлению, и от нее будут требовать раскрыть данные о своем арсенале.

Официальная Москва наверняка будет утверждать, что последнее химическое оружие она уничтожила в прошлом году. Она может также воспользоваться тактикой, разработанной в Сирии, заявив, что это была операция под чужим флагом (не исключено, что она обвинит Украину, о чем уже заговорили некоторые комментаторы на российском государственном телевидении).

Но такая линия защиты будет все менее убедительной по мере продвижения британского расследования, особенно если следователи с большой долей вероятности установят, что «Новичок» мог быть применен только теми людьми, которые связаны с российским государством. Ни одна страна не станет смотреть сквозь пальцы на применение химического оружия, каковы бы ни были экономические последствия жесткого санкционного режима.

Наверное, путинский Кремль проигнорирует первые предупреждения и будет продолжать свою рискованную политику. Но он быстро поймет, что это ошибка, если миру будут предъявлены доказательства применения российского химического оружия на чужой территории.

Также по теме:

Борис Джонсон: Отравление Скрипаля — сигнал инакомыслящим в России

Публицист о "большом британском наказании России": почему мир в изумлении

Загрузка...

Сюжеты