riga
Литва
Эстония
Латвия

ЛАТВИЯ

Весна 2014 года. Предупреждающая табличка возле воинской части в Луганске.
© ria.ru

Высокопоставленный украинский военный отказался выполнять преступные приказы

Экс-глава инженерной службы Нацгвардии Вадим Яцуляк: «Я получил приказ забрать противопехотные мины у Минобороны Украины и отказался его выполнять. Даже в новостях проходят сообщения, что там семья подорвалась на мине, там женщина, где-то дети..."

Гражданским людям непросто разобраться в ужасе происходящего на Донбассе. BaltNews.lv по откликам знает, что наш читатель внимательно следит за событиями на Украине, поэтому мы стараемся давать разнообразную информацию "с двух сторон". Публикация в "Комсомольской правде" привлекла внимание тщательным разбором темы, которая до сих пор остается наиболее болезненной — почему гибнут мирные люди?
 
Бывший украинский офицер пришел в редакцию, чтобы рассказать, как нынешний Киев нарушает международную конвенцию о запрещенных вооружениях. 

Вадим Яцуляк в недавнем прошлом возглавлял инженерную службу внутренних войск (Национальной гвардии) Украины. Но, после приказа начальства получить противопехотные мины со складов Минобороны для установки их на Донбассе, отказался его выполнять и написал заявление на имя командующего Нацгвардией Полторака (ныне министр обороны Украины) о незаконности данного распоряжения. 

Перековал мечи на орала

- Вадим Владимирович, это было Ваше первое обращение к начальству, как я понимаю, но не последнее.

— Совершенно верно. Всего я написал более 85 таких обращений в разные инстанции. И на имя президента страны, и премьер-министра, в Верховную Раду, министру обороны, Генеральному прокурору, Главному военному прокурору, наверное, нет ни одной инстанции, которую бы я обошел своим вниманием.

- И каковы итоги?

— Ни одного ответа по сути обращения я так и не получил. Самый содержательный ответ сводился к тому, что «Ваше обращение передано по ведомственной принадлежности», то есть, по сути, тому, на кого я писал заявления, обвиняя их в нарушении правил ведения войны и законов, как внутренних украинских, так и международного законодательства.

- Ваш жизненный путь как складывался?

— Обычный путь военного. Родился в СССР в 1980 году в городе Хмельницкий Украинской Советской Социалистической Республики. Отец был военным, и я в детстве очень много где пожил: в Кишиневе, и Южно-Сахалинске, и Хабаровске, и Владивостоке, Ухте, Воркуте и Москве. В 92-м году после развала СССР отец вышел в отставку, и мы убыли в Украину.

В 92-м году мы приехали в Хмельницкий. Поступил в Каменец-Подольский военно-инженерный факультет при Подольской аграрно-технической академии. Это бывшее Каменец-Подольское военно-инженерное командное училище имени маршала инженерных войск Харченко. С отличием закончил в 2000 году и получил диплом. И продолжил службу в инженерных частях ВС Украины. А потом по окончании контракта с ВСУ, был переведен во внутренние войска МВД.

- И вот начался майдан. Вы как к нему отнеслись?

— Я не поддерживал идеалы майдана, потому что, во-первых, моя позиция основана на законе, а совершенный государственный переворот ни в какие рамки закона не входит. Все, что было после, все эти распоряжения изначально были незаконны. И.о. президента не может отдавать распоряжения на проведение АТО.

Министерству обороны по тому законодательству вообще было предписано заниматься антитеррористической деятельностью в границах своих объектов: усилить бдительность, усилить контрдиверсионную защиту. И ряд мероприятий, которые записаны в законе о борьбе с терроризмом. Почитайте редакцию закона до 2014 года и после, и вы увидите ощутимую разницу.

- Вы получили приказ ставить мины? Если да, то где и против кого? О каких минах шла речь?

— На установку мин я приказ получить не успел. Речь шла о двух видах мин — ОЗМ-72 и МОН-50. Осколочно-заградительная мина ОЗМ-72 — она выпрыгивает на высоту до одного метра и поражает живую силу в радиусе 25-30 метров. В диаметре — 50-60 метров.

МОН — это мина направленного действия. Она бывает в управляемом режиме и неуправляемом, но кто там будет ставить ее, чтобы управляемо взрывать? Я отказался выполнять распоряжение о получении мин. Причем, свой отказ оформил письменно. И сейчас могу сказать, что крови на мне нет, ни одной смерти ни одного мирного жителя. Поскольку я, в соответствии с предписанием устава, не выполнил преступное распоряжение.

В нарушение всех законов и соглашений

- Почему преступное?

— В 2005 году Украина ратифицировала Оттавский договор или, как его еще называют, Конвенцию о запрете противопехотных мин, первый пункт которой (после преамбулы) однозначно гласит, что государство-участник полностью отказывается от применения данного вида вооружений.

— А распоряжение получили тоже письменное?
— Нет, это было сказано в устной форме. По телефону. Получи, распишись, сделай, а мы будем стоять в сторонке и ни за что не отвечать.

- И вы в ответ написали заявление на командующего.

— Точно так. В двух экземплярах, один отправил установленным каналом через канцелярию. А второй направил по почте. Потому что понимал, что мое заявление может потеряться. И разговора не получится никакого. Выйдя из госпиталя, я первым делом записался на прием к командующему Национальной гвардией — в тот момент это был генерал-лейтенант Полторак.

- Который ныне министр обороны.

— Так точно. Он меня отказался не только слушать, но даже и не принял и отправил восвояси. Хотя прекрасно знал, о чем я хотел доложить. Я на тот момент понимал, что все, что мог, сделал.

Я доложил, отдал указания своим подчиненным, если вдруг через мою голову начнут отдаваться такие приказания — в письменном или в устном виде, с аналогичным содержанием, — отвечать письменным отказом на все указания по получению и установке противопехотных мин. Убыл в отпуск. Меня из отпуска вызвали ровно через сутки.

И поставили задачу. Практически отдали устный приказ: убыть в место проведения АТО. Ну а там я через пять дней попал под обстрел, неудачно упал, порвал мениск. И практически на 8 месяцев стал неходячим.

- А те, кто пришел после вас, стали исполнять эти распоряжения?

— Я с мениском долго провалялся, и у меня нет четких конкретных данных, но даже в новостях проходят сообщения, что там семья подорвалась на мине, там женщина, где-то дети.

Положено по военной науке минировать в случае войны лесополосы, территорию возле блок-постов, еще ряд мест. И что мы видим, водителя маршрутки, подорвавшейся в Волновахе, судят за то, что он съехал не на ту обочину.

А даже если по закону ставить такие мины, то для населения заминированный участок должен быть обозначен — там положено поставить ограждение, предупреждение о минировании и охранение. Ничего из перечисленного выполнено не было.

- По закону это как? Вы же сами говорите о запрете противопехотных мин международной конвенцией.

— Да, согласно конвенции нельзя. Но многие допускают ограниченное применение в случае ведения официальной войны, объявления военного положения, выполнения боевых задач.

Ни по одному условию Украина не выполнила даже этого минимума. АТО — это даже не военный конфликт, говоря юридическим языком. Это — операция правоохранительных органов. Но в нынешней Украине эта новая власть наплевала на все законы, как свои, внутренние, так и нормы международного права.

Называть этот беспредел путем в Европу может только откровенный циник или запредельный шутник.
А мы видим что? Не только мины итли фосфорные боеприпасы запрещенные, но и применение тактической баллистической «Точки У» по жилым кварталам мирных городов.

Всех "героев" назовут поименно

- Может, с минами — это просто чья-то «патриотическая» инициатива?

— Не смешите. Каждый случай выдачи инженерных боеприпасов, к которым относятся мины, производится по распоряжению командования, все это оформляется сопроводительными документами, все фиксируется.

А в случае речь идет о взаимодействии между Нацгвардией и Минобороны, то решение принимается на очень высоком уровне. И в любом случае это делается только в условиях войны, при наличии военного положения.

Более того, я вам скажу, что все эти документы где-то есть, хранятся, и если их не будут уничтожать специально, то со временем мы увидим всех, кто отдавал преступные приказы. Дайте время, и всех назовут поименно.

- А кто вам отдавал это распоряжение?

— Я понимаю, что российским читателя это имя ничего не скажет, но мне по телефону приказ давал генерал-майор Балан. Сейчас он стал генерал-лейтенантом. Как видим, Украина высоко оценила его стремление уничтожать мирное население.

- Вы пытались как-то обратить внимание украинской общественности, в СМИ киевские обращались или нет?

— Знаете, анализируя информационный поток в Украине, все телеканалы, я принял для себя решение, что обращение в СМИ бессмысленно. Плюс здоровье не позволяло передвигаться свободно. Бегать с палкой по редакциям и агентствам было невозможно. На такси ездить я тоже не мог, денег не платили. Я избрал тактику письменного общения.

- Если вы не приняли майдан с его ценностями, то почему тогда не перешли на сторону ДНР и ЛНР? Саперы и военные инженеры вообще там в чести. Не симпатизируете?

— Почему? Очень симпатизирую. Но, понимаете, я даже в Россию приехал с палкой-костылем. И совсем недавно начал передвигаться самостоятельно без нее. В боевой обстановке я еще долго буду несостоятелен просто из-за ноги.

- Когда стали засыпать все украинские инстанции своими заявлениями, опасений за жизнь не возникало? Ничего в жизни не изменилось?

— Опасался. Когда произошел переворот, а я занимал должность начальника инженерной службы Внутренних войск МВД, а не Национальной гвардии Украины. Угрожали моей семье, приходили домой, жена была с маленьким ребенком, выключали свет, стучали в двери.

Мне на телефон приходили сначала предупреждения, а потом угрозы откровенные физического устранения. Позже перед дверью у меня сидели лица, повторяющиеся с определенной периодичностью. Было и скрытое наблюдение. Но я свою позицию не поменял. Профилактические мероприятия проводил и контрнаблюдение. Играли в кошки-мышки.

Слава Богу, в России все осталось позади. В нынешней Украине наибольшим патриотом считается тот, кто больше грязи сумеет вылить на Россию. Какое-то очень ущербное понятие патриотизма восторжествовало.

- Тем не менее, Ваши усилия не дали никакого практического результата. Даже наблюдатели ОБСЕ не замечают минных полей на Украине.

— Значит, они просто не хотят их видеть. Но это и не удивительно. У них зрение особое, или слепота специфическая.
А что касается меня — знаете, есть пословица: «Капля камень точит». Может быть, эти капли соберутся в ручей, а потом в полнокровную реку? Это нужно делать.

У меня нет сомнений в своей правоте. Мои доводы аргументированы. Уверен — мои действия были правильными. Считаю, что так должен поступить каждый офицер при получении такого или сходного указания, распоряжения или приказа, которые будут носить заведомо противозаконный характер. Если бы так было и все офицеры выполнили требования законодательства и устава ВСУ, обязывающего не выполнять заведомо преступные приказы, может быть и войны не было бы.

Загрузка...

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ