riga
Литва
Эстония
Латвия

ЛАТВИЯ

Силы быстрого реагирования НАТО.
© anti-nato.com

Что означает для Латвии увеличение сил быстрого реагирования НАТО?

На совещании министров обороны стран НАТО в Брюсселе было принято решение увеличить численность сил быстрого реагирования с 13 до 40 тысяч. Как оценить это решение, что оно означает для Латвии? Вот как ответили на этот вопрос BaltNews.lv опрошенные эксперты.

Карлис Креслиньш, отставной генерал, профессор, депутат Сейма, секретарь парламентской комиссии по обороне, внутренним делам и предотвращению коррупции:

— В отношениях НАТО и Москвы были три периода: сначала — противостояние стран Варшавского договора и НАТО, потом был период сотрудничества с Россией, даже предполагалось, что Россия станет ассоциированным членом НАТО, а уже начиная с конфликта в Грузии, наступил период сдерживания.

Карлис Креслиньш.
© BaltNews.lv
Карлис Креслиньш.

Основные функции сил быстрого реагирования НАТО — сдерживание. Если кто-то надумал совершить какую-то провокацию, будет знать, что ему противостоит серьезная сила, что их риск не оправдан и это их сдержит. Если они видят, что этим ничего нельзя достичь, что им противостоят сдерживающие силы, тогда нет смысла начинать какую-то провокацию.

40 тысяч — это серьезная сдерживающая сила. Насчет 13 тысяч кто-то еще может подумать: ну, что это там, а 40 тысяч — это уже сдерживающая сила. Главное — это сдерживающая сила. Как говорила Маргарет Тэтчер, ядерное вооружение было сдерживающей силой, и поэтому в Европе не было войны. Так же и силы быстрого реагирования являются силами сдерживания.

Я думаю, процедура задействования пятой статьи НАТО (статьи устава НАТО о помощи члену альянса в случае нападения на него — BaltNews.lv) очень длинна. Поэтому, когда речь идет о силах быстрого реагирования, то эти силы должны реагировать в течение 48 часов. Надо было бы упростить процедуру о вступлении в силу пятой статьи НАТО. Сейчас нужно решение на уровне парламентов.

Как задействовать пятую статью НАТО? Надо дать такие права командирам сил быстрого реагирования, чтобы они могли реагировать на события и провокации там, где надо было бы защищать тот или иной регион. Не надо ждать, чтобы парламент принял решение, если будет вторжение. Не надо всё время согласовывать. Процедуры длинны — мы это почувствовали во время украинского кризиса, что необходимо реагировать быстрее. Прежде всего, это касается каких-то возможных провокаций, а не широкомасштабных военных действий.

У генералов-командиров сил быстрого реагирования должны быть права реагировать на провокации. Такие права, чтобы они могли реагировать на возможную провокацию, чтобы это не надо было обязательно согласовывать с политиками. Необходимо определить границы их прав. Это должно определить политическое руководство НАТО, на встрече министров обороны участников альянса. Надо оговорить и ясно сформулировать процедуру введения пятой статьи, так как если имеется вооруженное нападение, то тогда ясно, а, если есть какие-то провокации, то тогда надо оговорить: когда работает полиция, когда вступают вооруженные силы, когда силы НАТО.

Другой опрошенный BaltNews.lv эксперт — автор ряда книг по военной истории Латвии Юрий Мелконов — был настроен по отношению к решению министров обороны стран НАТО более скептически:

Военный эксперт Юрий Мелконов.
© Фото из архива
Военный эксперт Юрий Мелконов.

— Как известно, блок НАТО создает эти силы уже много лет. Но так как у них нет противника, им нечего делать и они бездействуют. Просто потому, что военная угроза для стран НАТО не возникает. Так что речь идет о своего рода бумажной декларации.

Загрузка...

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ