riga
Литва
Эстония
Латвия

Сюжеты

Пикет против ареста правозащитника и лидера "Конгресса неграждан" Александра Гапоненко.
Григорий Федькин/ BaltNews.lv

В Европе помнят о "Деле Гапоненко": что говорят правозащитники

Латвийский правозащитник Александр Гапоненко уже превратился в символ русского правозащитного движения за рубежом, пишет Свободная пресса.

Вместе со своими коллегам правозащитниками он много сделал для защиты русских (под «русскими» подразумеваются все выходцы из бывшего СССР — русские, украинцы, белорусы, молдаване, евреи и др.), сколько он, пишет Юрий Городненко на Свободной прессе. Причем своей правозащитной деятельностью Александр Владимирович занимался систематически на протяжении многих лет — с 2004 года.

Он был инициатором таких массовых акций как объединение русскоязычных в Конгресс неграждан, организация в Латвии референдума по приданию русскому языку статуса государственного, координация движения в защиту русских школ, проведение шествий «Бессмертный полк».

Гапоненко добился того, что Генеральный секретарь ООН вынужден был реагировать на дискриминацию русских в странах Балтии. Крайне важно, что делал все это Александр Владимирович, не являясь ни политическим деятелем, ни членом какой-то партии, а значит, не преследуя узкопартийных, политических интересов.

Отдельной заслугой Гапоненко стало инициирование расследования дискриминации русских в прокуратуре Международного уголовного суда. В рамках этого процесса он первым в рамках международного права потребовал прекратить дискредитацию и попытки запретить «Бессмертный полк» — движение, которое для всех нас является символом исторической памяти и высокой нравственности.

Причем речь шла о попытках запрета в Латвии — в стране, входящей в Евросоюз и объявившей права человека «высшей европейской ценностью».

На эти действия со стороны латвийских властей последовала жесткая реакция. Гапоненко арестовали в момент, когда его заявление находилось в прокуратуре МУС. Причем обвинили в том, что, обращаясь в международные правовые инстанции, он… «занимался антигосударственной деятельностью».

Тем самым Латвия продемонстрировала всем, что в «демократической» Европе не только защита национальных меньшинств, но и сама память о тех, кто погиб ради освобождения Европы от нацизма является уголовным преступлением.

Нет больше в Европе ни прав, ни свобод, ни ценностей, ни достоинства.

И в этой ситуации нет иного выбора как объединиться и выступить единым фронтом против этого беспредела.

Владимир Букарский, публицист, исполнительный директор Изборского клуба в Молдавии:

— В Израиле есть термин — «узник Сиона». Так там называют арестованных за сионистскую деятельность. С 1992 года узники Сиона в Израиле обладают официальным статусом. Возможно, стоит ввести схожий статус и для таких заключенных как Гапоненко, определив их «узниками Русского мира», «борцами за Россию» или др.

В этом случае у Москвы появится возможность для более активных действий в защиту представителей русских общин. Моему старшему другу и товарищу Александру Владимировичу, хотел бы пожелать мужества, стойкости и крепости духа. Такие же пожелания его родным и близким, его адвокату и всем, кто борется за его освобождение. Сейчас для него главное — ни в коем случае не сдаваться, не признавать вину и не идти на сделки со следствием.

Сергей Середенко, юрист, русский омбудсмен в Эстонии, защищающий активистов движения «Бессмертный полк»:

— Нынешнее уголовное дело в отношении Александра Владимировича — уже второе в этом году. В предыдущем процессе я выступал в качестве эксперта. Тогда его обвинили в «разжигании межнациональной вражды». Правовой анализ того дела показал, что в рамках уголовного права Латвии правозащитника фактически невозможно осудить по статье об «антигосударственной деятельности».

К сожалению, относительно нынешнего процесса нет достаточной информации, поскольку и с адвоката, и с самого Александра Владимировича взята подписка о неразглашении. Единственное, что можно с точностью утверждать — нынешний арест чисто политический и никакой юриспруденцией здесь не пахнет.

Арест такого известного человека с ярко выраженной пацифистской позицией как Александр Владимирович — это политический знак русскому правозащитному движению в Латвии: так будет с каждым. Что же касается международных структур, то все они уведомлены. Однако отделываются стандартными протокольными фразами о том, что «дело находится у них на контроле».

Юрий Деркач, глава украинской общественной организации «Бессмертный полк»:

— Мне сложно оценивать ситуацию с Александром Гапоненко, поскольку я не юрист. Однако по собственному опыту знаю, что в случае задержания только юридические механизмы не эффективны. Огромное значение имеет огласка. Причем огласка, которая привлекает внимание международных структур. Именно это помогло мне, когда полиция пришла в прошлом году 9 мая с обыском.

Руслан Коцаба, журналист, ведущий телеканала «NewsOne», бывший политзаключенный:

— Прежде всего, хотел бы высказать слова поддержки Александру Владимировичу. Мы с ним неоднократно были вместе в эфирах, дискутировали. И как человек, который сам прошел через тюремное заключение, я прекрасно пониманию, что значит оказаться в за решеткой.

Что же касается обращений в такие общеевропейские структуры как Европарламент, ООН, то на собственном примере убедился в их неэффективности. Как правило, они отделываются общими декларациями о том, что «глубоко озабочены состоянием с правами человека в вашей стране».

Относительно правозащитных организаций, то единственная из них, которая сыграла хоть какую-то позитивную роль в моем случае — это Amnesty International. То, что она включила меня в список «узников совести», облегчило сбор подписей под письмом в мою поддержку со стороны европарламентариев.

Тогда под этим письмом подписались представители 18 стран и в конечно итоге украинские власти вынуждены были реагировать. Правда, сегодня инициатор того письма Татьяна Жданок сама нуждается в поддержке. Насколько я знаю, ее также обвиняют в рамках дела Гапоненко.

Что же касается характера самих обвинений в адрес Гапоненко, то они очень напоминают обвинения, некогда выдвинутые против меня. Правда, эти обвинения служат только для запугивания. Поскольку у журналистов и правозащитников нет допуска к гостайнам, нет властных полномочий, вся их деятельность проходит в публичном поле — посадить их по статье об «антигосударственной деятельности» практически невозможно.

Единственная опасность состоит только, что к обвиняемым на период следствия применяется заключение под стражу. И это заключение может продолжаться длительное время — пока идет следствие. Цель подобной практики — сломать человека морально и запугать сочувствующих ему.

В целом же, сегодня наблюдается тенденция, когда поиски «агентов России» в странах Балтии или «террористов» в Западной Европе используются для сворачивания демократических свобод и ограничения конституционных прав. Возникает парадоксальная ситуация: Европа, которая назидательно учит других «демократии», сама стремительно эволюционирует в сторону авторитаризма.

К сожалению, вместо противодействия этому латвийское общество, за исключением отдельных активистов и правозащитников, молчит. Но это может привести лишь к одному результату — авторитарные тенденции в Европе еще больше будут набирать обороты. Об этом сообщает Рамблер. 

Загрузка...

Сюжеты