riga
Литва
Эстония
Латвия

Сюжеты

Публицист: Евросоюз приговорил Польшу. Странам Балтии тоже есть о чем подумать

Одним из главных достижений современной Польши стала ее трансформация в главного проводника американской политики на Европейском континенте, что позволило варшавским политикам не только считать себя претендентами на "лидерство в Европе", но и вслух мечтать о возвращении в геополитическую реальность эдакой Речи Посполитой 2.0.

Так считает российский публицист Иван Данилов. Он высказал свое мнение о будущих изменениях в Евросоюзе, которые важны и для Польши, и для стран Балтии.

Брюсселю эти амбиции со стороны вечно дерзящей польской политической элиты надоели до такой степени, что сейчас Еврокомиссия придумала способ лишить Польшу европейских денег, причем сделать это в обход обычных европейских процедур.

У этого беспрецедентного и довольно жестокого решения, автором которого является европейский комиссар по бюджету Гюнтер Эттингер, — очень интересная и важная с точки зрения российских интересов предыстория.

После известных украинских событий 2014 года в Варшаве началось настоящее головокружение от успехов. Более того, после прихода к власти Дональда Трампа и начала в 2016 году открытого дипломатического и политического конфликта по линии Берлин — Вашингтон идея "захватить власть в ЕС", отодвинуть немцев и управлять Евросоюзом в американских интересах стала нестерпимо привлекательной для значительной части польской элиты.

На фоне выхода из Евросоюза Великобритании, которая много лет играла роль "главного американского надсмотрщика", Польша вполне могла претендовать на статус любимого американского вассала в ЕС. И даже пытаться стрясти с Германии "дань" в виде многомиллиардных репараций за ущерб, нанесенный Польше во время Второй мировой.

При этом польская элита стала однозначным лидером Евросоюза в вопросах антироссийской политики, что делало ее практически незаменимой для США независимо от того, какой президент занимает Овальный кабинет.

При определенных обстоятельствах Варшава действительно могла рассчитывать на то, что под лозунгами создания антироссийского "санитарного кордона" от Балтии до Черного моря Вашингтон можно было бы "подписать" на поддержку создания современной версии Речи Посполитой, в которой зависимые от Польши территории привязывались бы к ней по той же схеме, по которой бывшие французские колонии в Африке привязаны к Франции.

В случае полноценной реализации этой схемы и получения дополнительной политической поддержки со стороны Вашингтона действительно можно было бы потом побороться с Берлином за статус фактического лидера Евросоюза. Эти амбиции вызывали (и вызывают) сильнейшее раздражение в Германии. Стоит особо подчеркнуть, что американцы использовали в украинском и польском вопросе один и тот же прием.

После Майдана предполагалось, что Россия за счет открытого собственного рынка и продолжения газового транзита будет финансировать русофобский режим в Киеве, работающий в интересах США. От Берлина ожидалось то же самое — в том смысле, что европейский бюджет (который наполняется в основном благодаря Германии) будет активно финансировать польские амбиции по перехвату лидерства в ЕС, а на дополнительные проекты Польша попробует взять деньги напрямую у Германии через репарации.

Проблема Германии заключалась в том, что построить эдакий "финансовый Северный поток — 2", по которому европейские деньги будут течь в обход польского бюджета, оказалось даже сложнее, чем для России построить физический "Северный поток — 2" для транспортировки газа в обход Украины.

Однако в конце концов немецкая бюрократия нашла выход из ситуации. Дело в том, что невозможно принять общеевропейский бюджет без консенсуса европейских стран, а значит, принять бюджет, в котором финансирование Польши было бы радикально урезано, невозможно без согласия самой Польши.

Сейчас на Польшу уходит примерно девять процентов общеевропейского бюджета, параметры которого были определены еще в 2013 году. При сохранении текущей конфигурации получается, что за один семилетний бюджетный цикл Польша просто за то, что она есть и за то, что она никогда не подпишет бюджет на других условиях, получает примерно 117 миллиардов долларов.

Польша никогда не проголосует за сокращение этих финансовых вливаний, без которых будут невозможны многие инфраструктурные и социальные проекты, а попытки лишить ее права голоса в структурах Европейского союза пока не увенчались успехом из-за сопротивления венгерского правительства Виктора Орбана, который обоснованно опасается, что следующим в списке лишенных права голоса "за нарушение демократических принципов" окажется Будапешт.

Предложение европейского комиссара по бюджетным вопросам Гюнтера Эттингера радикально решает эту проблему, и, как сообщает информированный немецкий журнал "Шпигель", у этого предложения есть поддержка внутри Еврокомиссии.

Суть предложения заключается в том, чтобы принять бюджет Евросоюза с любыми цифрами, но изменить правила контроля за использованием бюджетных средств. Изменение этих правил не требует согласия всех стран Евросоюза, а значит, изменения могут быть приняты без учета мнения лидеров Польши, Венгрии, Румынии, стран Прибалтики и других членов Евросоюза, приверженных традиции "Германия платит за все".

Самый главный элемент предложения Эттингера — привязка выплат из европейского бюджета к соблюдению "демократических норм". То есть доступ к европейским деньгам будет зависеть не только и не столько от заключений европейских аудиторов, сколько от оценки "идеологической чистоты" той или иной страны.

Как несложно догадаться, на практике это будет выглядеть следующим образом: как только Польша или другой член ЕС начнет отклоняться от берлинской "линии партии", то у него сразу же обнаружат нарушения демократических норм и принципов, что приведет к лишению европейского финансирования. Более того, обещаниями вернуть европейское финансирование Берлин сможет оказывать сильную поддержку пронемецким политическим партиям на выборах в странах Евросоюза.

Политические разборки вокруг доступа к бюджету ЕС, как ни странно, могут повлиять на отношения между Евросоюзом и Россией. Они не станут дружескими, но есть неплохой шанс, что политиков-русофобов из восточноевропейских стран заставят (под угрозой лишения карманных денег) воздержаться от высказывания своего мнения по поводу важных вопросов европейской внешней политики.

Таких как санкции, "Северный поток — 2", отношения с Россией в целом и так далее. Грубо говоря — если поляки и прибалты больше не смогут играть роль ручного тормоза европейской внешней политики, то шансы на конструктивное взаимодействие с Россией у ЕС (то есть у Берлина) сильно вырастут.

Конечно, есть риск, что бюджетный конфликт в Евросоюзе может в конце концов привести к повышению риска развала самого Евросоюза. Дональд Трамп уже заявил, что Евросоюз был создан для того, чтобы "воспользоваться слабостью США". А от таких заявлений и до поддержки выхода из Евросоюза тех стран, в которых США хотят любой ценой сохранить свое влияние, не так уж и далеко.

Однако и подобный сценарий нас тоже вполне устроит, так как Евросоюз, в котором влияние проамериканских лимитрофов сведено к нулю, станет для нас гораздо более удобным партнером, чем сейчас. Ну а отдельное удовольствие можно будет получить от наблюдения за тем, что произойдет с так называемым "польским экономическим чудом" в условиях сокращения европейского финансирования. Посмотрим, чего стоят польские амбиции по борьбе с Россией и Германией без доступа к немецким деньгам.

BaltNews.lv  в публикации российского публициста привлекли внимание не его рассуждения о собственной стране, а те моменты, которые связаны с последствиями новых решений в ЕС для стран Балтии, прежде всего для Латвии.

Загрузка...

Сюжеты