riga
Литва
Эстония
Латвия

ЛАТВИЯ

Алексей Димитров.
© ves.lv

Алексей Димитров: Почему утвержденные правительством поправки к законам об образовании не соответствуют Конституции?

Известный юрист и правозащитник Алексей Димитров, являющийся советником по вопросам гражданских свобод, юстиции и внутренних дел фракции Европарламента "Зеленые/Европейский свободный альянс" опубликовал текст, в котором утверждает, что утвержденные правительством Латвии поправки к законам об образовании противоречат Сатверсме.

В своем тексте юрист проводит подробный анализ данных несоответствий.

BaltNews.lv приводит перевод данного материала с латышского языка.

"23 января Кабинет министров поддержал законопроекты Поправки к Закону об образовании и Поправки к Закону о всеобщем образовании. Учитывая то, что законопроекты затрагивают упомянутые в Сатверсме основные права и Конституционный суд рассматривал много дел, связанных с использованием языка в процессе образования, будет целесообразно оценить соответствие этих законопроектов Конституции.

Что предусматривают упомянутые поправки?

В настоящий момент 9-ая статья Закона об образовании предписывает, что в государственных учебных заведениях и учебных заведениях самоуправлений образование получают на государственном языке, а образование на другом языке можно получить следующим образом (в таблице приводится сравнение образования в частных учебных заведениях (1), государственных и муниципальных учебных заведениях (2) и в других, предусмотренных законом учебных заведениях (3) по категориям: всеобщее основное образование (A), всеобщее среднее образование (B), профессиональное основное образование (C), профессиональное среднее образование (D) — прим. ред.):

Важно помнить, что каждый получающий образование, чтобы получить основное образование или среднее образование, осваивает государственный язык и сдаёт проверочные экзамены на знание государственного языка в установленном Кабинетом министров объёме и порядке (третья часть 9-ой статьи).

Если поправки будут приняты в предложенной редакции, основной принцип не изменится — в образовательных учреждениях государства и самоуправлений образование получают на государственном языке. Однако поправки затрагивают как образовательные учреждения государства и самоуправлений, так и частные образовательные учреждения (в таблице указаны изменения, которые коснутся образования в частных учебных заведениях (1), государственных и муниципальных учебных заведениях (2), других, предусмотренных законом, учебных заведениях (3), а также в учреждениях образования, которые реализуют образовательные программы согласно двусторонним или многосторонним международным договорам Латвийской Республики (4) и учебных заведениях, которые реализуют программы всеобщего образования с интегрированным учебным содержанием и освоением иностранных языков, чтобы обеспечить освоение других языков стран-участниц Европейского Союза (5) по категориям: всеобщее основное образование (A), всеобщее среднее образование (B), профессиональное основное образование (C), профессиональное среднее образование (D) — прим. ред):

Так же как и раньше каждый получающий образование, чтобы получить основное образование или среднее образование, осваивает государственный язык и сдаёт проверочные экзамены на знание государственного языка в установленном Кабинетом министров объёме и порядке (третья часть 9-ой статьи).

Как видим, дополнительная категория Nr.4 (учреждения образования, которые реализуют образовательные программы согласно двусторонним или многосторонним международным договорам Латвийской Республики) правила игры не меняют — в настоящий момент свободу выбора языка в этой категории защищает 3-й пункт второй части 9-ой статьи (учебные заведения, предусмотренные в других законах — если соответствующий международный договор ратифицирован) или международное право.

На других категориях было бы целесообразно остановиться отдельно.

Государственные и муниципальные учреждения образования

Начнем с категории Nr.2. Тут точкой отсчета можно считать решение Конституционного суда Nr.2004-18-0106.

91-ая статья Конституции

1) Конституционный суд постановил, что принцип правового равноправия (91-ая статья Конституции) требует одинаково относиться только к персонам, которые находятся в одинаковых и сравнимых условиях. Этот принцип допускает и даже требует разного отношения к персонам, которые находятся в разных условиях. Конституционный суд соглашается с заявителем, который, среди прочего указывая на решение Европейского суда по правам человека в деле Thlimmenos против Греции, отмечает, что лицо, принадлежащее к национальным меньшинствам, не находится в одинаковых условиях с лицом, которое относится к основной нации. Между критериями, которые устанавливают это отличие можно упомянуть язык и этническую принадлежность (13-й пункт решения).

Законопроекты Кабинета министров, в отличие от действующего в настоящее время регулирования, не предусматривают разного отношения к использованию языка в государственных и муниципальных учреждениях образования, которые реализуют программы профессионального среднего образования (категория D2). В этой части законопроекты не отвечают 91-й статье Конституции.

В отношении к категории B2 в первую очередь надо проверить, является ли различное отношение в рамках закона (не превышающее установленные законом часы работы в неделю и количество часов обучения в день) практически возможным, принимая во внимание нормативные акты. Если оно невозможно, то тогда в этой части законопроекты тоже не отвечают 91-й статье Конституции. Если оно возможно, можно продолжить анализ.

2) В отношении к категориям A2, B2 и C2 законопроекты только частично предусматривают различное отношение к лицам, которые находятся в различных условиях, в связи с чем констатируем ограничение прав. Таким образом необходимо оценить это ограничение, то есть выяснить, установлено ли оно законом, легитимная ли у него цель и соответствует ли оно принципу соразмерности (15-й пункт решения).

3) Если законопроекты будут приняты в предложенной редакции, надо надеяться, не будет сомнений в том, что ограничение установлено законом в отношении категорий A2 и C2. В решении по делу Nr.2004-18-0106 Конституционный суд оценивал очень похожие ограничения, где речь шла об освоении учебного содержания на государственном языке не менее чем в трёх пятых от общего числа учебных часов в учебном году, включая иностранные языки.

Два отличия: 1) в настоящее время ограничение относится к среднему образованию, в будущем — будет относиться к основному; 2) в настоящее время ограничение устанавливает квоту 60% на государственном языке, в будущем от 50% до 80%, в зависимости от класса. Однако методология сходна.

По-другому дело обстоит с ограничением в отношении категории B2. Если в настоящее время учебное содержание, связанное с родным языком национальных меньшинств, с идентичностью национальных меньшинств и интеграцией в общество Латвии, является неотъемлемой частью учебных программ национальных меньшинств (вторая часть статьи 42 Закона о всеобщем образовании), то после вступления поправок в силу это будет только возможностью, находящейся в ведении учебных заведений, без государственных гарантий.

Анализируя сходные нормы в украинском законе, Венецианская комиссия недавно пришла к следующему выводу:

87. However, the precise effects of Article 7 of the Law on Education are, at this stage, not yet established due to the legal uncertainties noted and to the fact that its implementation depends on the drafting and adoption of the Law on Secondary Education. It is clear, though, that the framework and parameters within which that implementation will have to be carried out are narrower than under the former Law, and that it will considerably reduce the amount of teaching through the medium of minority languages which minority students currently enjoy. One may remark, for example, that, if minority languages, which are official languages in the EU member states, may indeed be used as the medium of instruction for one or more subjects in secondary education, Article 7 only enables, but does not provide for, a right to such education.

В связи с этим ограничение надо оценивать категоричнее, чем в рамках процентуальной квоты в рамках основного образования. Кроме того, интерпретируя предложенную редакцию 43-ей статьи Закона о всеобщем образовании вместе с редакцией 1.2 части 41-ой статьи Закона об образовании, надо прийти к выводу, что учебное заведение, даже используя предусмотренную законом возможность, не должно превышать 80-процентную квоту, предусмотренную на уровне основного образования.

4) Сомнений в том, что у предложенных законопроектов легитимная цель, не должно возникать. Конституционный суд в деле Nr.2004-18-0106 уже постановил, что у действующей в настоящее время нормы легитимные цели — усиление использования государственного языка и защита прав других лиц (16-й пункт решения).

5) Остается вопрос соразмерности. Надо привлечь внимание к тому аспекту, что, признав действующее регулирование соответствующим 91-ой статье Конституции, Конституционный суд всё же указал:

20.2.3. Хотя в настоящее время не доказано влияние оспоренной нормы на качество образования и образовательного процесса, должен быть такой механизм, с помощью которого в дальнейшем можно было бы констатировать изменения качества. Особенно это относится к качеству процесса образования. Его изменения сейчас не только можно контролировать, но даже нужно активно контролировать. Этого требует право на образование, включенное в первое предложение 112-й статьи Конституции. Кроме того из этого предложения следует, что механизм контроля качества должен быть объективным, всесторонним, профессиональным, регулярным, а также основанным на научных оценках и методах. Долг государства обеспечить получение таких данных, анализируя которые можно принять взвешенные решения, а также предоставить информацию обществу, учащимся и их родителям об изменении качества образования и ходе образовательного процесса.

Таким образом, даже оценивая степень законности 60-процентных квот в среднем образовании, необходимо следить за изменениями качества образования. Это ещё больше относится к увеличению и использованию квот на уровне основного образования. Ни в аннотации к законопроекту, ни в информационном сообщении о переходе на обучение на государственном языке во всеобщих образовательных учреждениях данные о влиянии на качество образования не предоставляются. Это само по себе вызывает сомнения о соответствии законопроектов 91-й статье Конституции.

6) Оценивая аннотацию, надо принимать во внимание аргументы, высказанные в аннотации и в информационном сообщении. Главный аргумент в пользу реформы в том, что данные исследования Языковая ситуация в Латвии: 2010-2015 свидетельствуют, что 39% подростков национальных меньшинств Латвии отлично владеют латышским языком, столько же подростков владеют латышским языком хорошо, однако 22% признали, что освоили латышский язык на уровне основных навыков или знают его плохо. Однако это не данные исследования "Языковая ситуация в Латвии: 2010-2015"; в исследовании (56 страница) дана ссылка на исследование SKDS Чувство принадлежности к Латвии. Исследование SKDS основано на самооценке знания государственного языка, более того из всех респондентов к возрастной группе 18-24 года принадлежали только 96 лиц (страница 5). Законодателям будет довольно сложно оценить необходимость ограничения основных прав и соразмерность, основываясь на самооценке 96 лиц.

Кроме того, как указала Венецианская комиссия в своем мнении об украинском законе, данные такого рода в законодательном процессе нужно использовать внимательно:

98. As noted, the authorities have offered evidence of high failure rates among certain students in Hungarian and Romanian medium secondary education. It is not clear, however, whether such high failure rates apply to all students in such education, or whether there are particular circumstances in certain areas which explain these rates. Furthermore, no evidence was provided as to the failure rates of children in Ukrainian-medium education in the districts in which there are high failure rates for children in minority language education, the most obvious comparators. Also, the failure rate amongst students in Russian-medium secondary education is not higher than in Ukrainian language schools. Finally, it is not clear what other options were considered in trying to address the problem of abilities in Ukrainian that are perceived to exist amongst certain students in minority language education, such as improving the quality of teaching the Ukrainian language in the minority schools.

Остальные аргументы, использованные в аннотации и информационном сообщении, свидетельствуют скорее о возможности осуществить реформу, а не об необходимости ограничить основные права. В то же самое время не хватает данных об успеваемости на государственных экзаменах, а предоставленные данные скорее свидетельствуют об улучшении ситуации (каждый год растет число выпускников образовательных программ национальных меньшинств, которые выбирают сдачу государственных экзаменов на латышском языке; в учебном году 2013/2014 такой выбор сделали 76% учащихся представителей национальных меньшинств, в свою очередь в учебном году 2016/2017 — уже 92%).

7) Наконец, уже после решения Конституционного суда Латвийская Республика присоединилась к Всеобщей конвенции о защите национальных меньшинств. Как известно, переводя Конституцию и международные обязательства Латвии, надо искать интерпретацию, которая обеспечивает их гармонию, а не противоречие (решение Конституционного суда в деле Nr.2004-18-0106, 5-й пункт). Нормы конвенции может уточнить то, как конкретно будет прочитано восприятие норм Конституции (решение департамента административных дел Сената Верховного суда Латвийской Республики по делу 16 мая 2006 года Nr.SKA-150, пункт 9.1). Надо учитывать также то, что 114 статья Конституции не только включает в себя нормы международных документов, но даже предусматривает ещё более широкие права (решение Конституционного суда по делу Nr.2004-18-0106, пункт 5.2). Следовательно, необходимо проверить, соответствуют ли проекты законов Конвенции и статье 114 Конституции. Об этом в дальнейшем."

Загрузка...

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ