riga
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Сожженная во время операции "Зимнее волшебство" белорусская деревня Росица.
© turistika.by

Латышские полицейские батальоны в операции "Зимнее волшебство": "Сжечь и уничтожить!"

16 марта латвийское общество традиционно разделится. День, когда латышские легионеры в составе воинских подразделений нацистской Германии вступили в бой с Красной армией, поминается жителями страны и за ее рубежами контрастно. Для одних - "герои", "борцы за свободу", для других - "пособники Гитлера" и "палачи".

Есть и оттенки отношения к памятной дате, к примеру, упоминается, что в Нюрнберге латышские легионеры не были осуждены, что многие из бойцов 15-й и 19-й дивизий с нашивками SS не были добровольцами, их мобилизовали насильно. И это правда. Но не вся.

О некоторой несуразности даты написал, например,  известный латышский политтехнолог Юргис Лиепниекс, который попробовал объяснить своим соотечественникам, почему им не стоит что-либо праздновать или поминать 16 марта.

Но и это не вся правда.

Почему антифашисты, которые каждый год протестуют 16 марта, выходят в полосатых робах — как в концлагерях и скандируют — "Палачи!"?

Не только потому, что 9 мая — вторая разделяющая население Латвии дата — они пройдут к памятнику Освободителям в "Бессмертном полку" и вместе с тысячами латвийцев усыпят монумент цветами в память о своих героических предках, освободивших не только концлагеря в Европе, но и всю ее территорию от коричневой заразы. 

Не только потому, что они помнят, кто охранял концлагеря на территории Латвии и участвовал в экзекуциях евреев.

Из истории Латышского легиона Waffen SS до сих пор не вычленена ее самая позорная страница — в его составе, вполне добровольно, верно служили Рейху те, кто влился в его ряды из латышских полицейских батальонов.

Это как в Сирии — давайте отделим тех, кто отрезает головы и живьем сжигает людей, от тех, кто с оружием в руках по идейным причинам сражается против Асада (хотя и это — натяжка в европейском понимании: вооруженная оппозиция — это все-таки как-то иначе называется, по крайне мере в Латвии и других "цивилизованных демократических" странах).  

Речь пойдет о "Зимнем волшебстве" (нем. Winterzauber). Такое поэтическое название, пишут авторы (Александр Дюков, Наталья Кириллова и Вячеслав Селеменев) в предисловии к подготовленному сборнику документов, "носила одна из самых жестоких и кровавых карательных операций нацистов".

Она проводилась в феврале-марте 1943 г. у юго-восточных границ Латвии на территории Освейского, Дриссенского, Россонского районов Белоруссии и Себежского района России.

Целью карателей было создание вдоль латвийской границы многокилометровой полосы "мертвой земли": все деревни должны были быть уничтожены, их жители — истреблены или вывезены на принудительные работы.

Как и у многих других нацистских карательных операций, официальной задачей "Зимнего волшебства" была борьба с оказывавшими сопротивление оккупантам советскими партизанами; результатом же становилось массовое уничтожение местных "расово неполноценных" жителей.

Операция "Зимнее волшебство" была одной из многих нацистских карательных операций. "Однако, — пишут авторы сборника, — имела место и специфика: основной ударной силой здесь были не немецкие подразделения, а латышские полицейские батальоны. Всего за полтора месяца операции карателями были сожжены более 430 деревень, уничтожены тысячи мирных жителей и тысячи угнаны на принудительные работы." 

Операция "Зимнее волшебство" планировалась и проводилась под общим руководством высшего руководителя SS и полиции "Остланд" и "Россия-Север" обергруппенфюрера SS Ф.Еккельна. 4 февраля 1943 года он созвал совещание, на котором было принято решение о создании двух оперативных групп под командованием бригаденфюрера SS и генерал-майора полиции Шредера и полковника охранной полиции Кнехта.

Их основу составляли латышские полицейские батальоны. В первую вошли 273-й (19 офицеров и 417 солдат), 280-й (29 офицеров и 630 солдат), 281-1 (50 офицеров и 616 солдат) батальоны, во вторую — 276-й (19 офицеров и 339 солдат), 277-й (18 офицеров и 403 солдата), 278-й (18 офицеров и 403 солдата), 279-й (20 офицеров и 354 солдата).

Первоначально в операции также был задействован 50-й украинский полицейский батальон.

BaltNews.lv приводит документы, которые характеризуют участие латышских полицейских батальонов в операции "Зимнее волшебство".

Из донесения генерального комиссара Латвии О. Дрехслера рейхскомиссару "Остланда" Г. Лозе о ходе и "негативном пропагандистском воздействии" операции "Зимнее волшебство"*

13 июля 1943 г.

Конфиденциальное донесение

Для обороны границ бывшей Латвии от вторжений партизан из областей Белоруссии высший начальник СС и полиции в остланде генерал Еккельн с начала февраля 1943 г. до середины апреля с.г. проводил кампанию по созданию ничейной зоны шириной в 40 км. В этой зоне, без людей и возможностей укрыться, партизаны лишались бы опорных пунктов. Размещение сил для переходов на латвийскую территорию пришлось бы отдалить на 40 километров.

Кампанией лично руководил генерал Еккельн. Войска были разделены на две группы:

[1.] Группа генерала Шредера: 3 латышских батальона, 1 украинская рота, 1 литовская рота.

[2.] Группа полковника Кнехта: 4 латышских батальона.

…Кампания разворачивалась следующим образом: входя в село (вначале не было никакого сопротивления), тотчас расстреливали подозреваемых в партизанской деятельности. Таковыми считались все мужчины в возрасте от 16 до 50 лет. Предлогом было то, что они не явились вовремя в комендатуру. Сразу [за воинскими частями] шло СД, которое действовало приблизительно так: расстреливало всех остальных подозреваемых. Стариков и немощных, которые отставали в пути, расстреливали. Остальным, в большинстве своем женщинам и детям, предстояло пройти так называемую "вторую фильтрацию". Тех, кто не в силах были продолжать путь, расстреливали. Из сборных лагерей людей пересылали в другие лагеря, например, Саласпилс около Риги. Там женщин разлучали с детьми, потом отправляли их на работу в Германию. Детей (от младенцев до 16 лет) раздавали латышским жителям.

Деревни грабили и сжигали еще до прибытия хозяйственных команд, занимавшихся доставкой ценностей в безопасное место. Таким образом погибли большие запасы мяса, льна, шерсти, зерна, лесоматериалов и т.д. 

…Вместе с тем, цель кампании — защитить границу Латвии от банд — не была осуществлена.

Негативное пропагандистское воздействие кампании не поддается никакому измерению. Не будем забывать о тысячах людей, которые рассказывают о случившемся; о, примерно, 700 возницах, которые все видели и теперь вернулись по домам, об украинской роте, которая с ужасом наблюдала акцию — мужчины рыдали, как дети, — и латышских шуцманах, которые, вернувшись с богатой добычей, похваляются своими "славными делами". 

…В селе Мушино всех жителей — женщин и детей — расстреляли в большом сарае.

Некоего 71-летнего крестьянина обвинили в принадлежности к бандитам, и он перед расстрелом ответил, что тот, кто верой и правдой прослужил своему царю, бандитом быть не может. Крестьянина расстреляли.

В настоящее время ведутся подготовительные работы к повторению кампании.

Распоряжение командира группы Кнехта 276-му, 277-му, 278-му, 279-му латышским полицейским батальонам о порядке производства расстрела населения**

18 февраля 1943 г.

Необходимые казни следует по возможности осуществлять силами СД. Расстрел производится так, чтобы не оставлять следов. Если потребуется произвести расстрел силами войск (в случае отсутствия в непосредственной близости полиции безопасности и СД) — казнь должна осуществляться в домах. Трупы надлежит покрыть соломой или сеном и сжечь вместе с домами.

Телеграмма № 363 штаба Руно командирам групп Шредеру и Кнехту о сожжении деревень в приграничной зоне латвийско-русской границы ***

По сообщениям пограничной службы, деревни, располагающиеся непосредственно вдоль латвийско-русской границы, не охвачены акцией по зачистке. Особое внимание следует уделить тому обстоятельству, что все русские деревни на границе с Латвией, которые в первую очередь образуют опорные пункты для нападений со стороны бандитов, следует полностью сжечь.

Дневник боевых действий группы Кнехта в операции "Зимнее волшебство"****

18.2.43 …Взвод 4-й роты 277 латышского полицейского батальона продвинулся в дер. Жерносеки, Жерносечки, Хмельники и Селянка. Кроме 3 арестованных жителей, деревни оказались безлюдными. Все деревни сожжены.

20.2.43 …278-м латышским полицейским батальоном прочесан лесной массив восточнее дер. Колюты — Аниськово. При этом схвачено и передано СД 18 чел. 276-м латышским батальоном  прочесан лес в северо-западном направлении от дер. Козлово, Булы, Забровцы, Борки, где обнаружена банда в 35 чел., в том числе женщины и дети. В ходе непродолжительного боя 14 бандитов убиты, в том числе 1 женщина в мужской одежде.

Из воспоминананий спасшихся жителей сожженных деревень Дриссенского и Освейского районов Белоруссии

Марцинкевич Валентина Болеславовна (1935 г.р., жительница д. Клагиши):

— В феврале 1943 года большую часть жителей деревень Ворзово и Клагиши согнали в сарай и сожгли живьем. Остальных угнали в соседнюю деревню Кулаково, где производили допросы о партизанах. Школу и сарай в Кулакове подожгли с запертыми в них людьми. Кто пытался бежать из ада пламени, того настигали автоматные очереди.

Оставшиеся на повозках женщины и дети рыдали, теряли сознание. Все это врезалось в мою детскую память и сердце. Нас повезли в лагерь Саласпилс, где начались новые зверские издевательства. Нас загнали в большой барак, где на цементном полу, кроме соломы, ничего не было. Дали указание раздеться и погнали в баню. В бане остригли налысо, сняли серьги и кольца. Дали полосатые халаты и башмаки.

На завтрак давали стакан чая и 200 граммов хлеба с опилками, на обед — 200 граммов баланды из отходов перемерзшей капусты или свеклы. Узники переносили песок из одного конца лагеря в другой, потом обратно. Избивали людей плетью, палками, ногами, натравливали овчарок, обливали ледяной водой. И на эти жестокие бесчинства должны были смотреть все. Через несколько месяцев начали забирать маленьких детей и увозить неизвестно куда. Вскоре начали забирать и взрослых.

Ослабевшие и исхудавшие от голода дети были похожи на скелеты, мы еле двигались. Летом 1943 года нас погрузили на машины и повезли по хуторам, к латышам-хозяевам. Я попала к хозяину по имени Фридберг Микель. Там я пасла скот и работала до окончания войны.

Шушкевич Анна Павловна (1936 г.р., жительница дер. Сарья):

— Очень тяжело вспоминать, когда началась карательная операция. Я видела, как каратели на грузовой машине привезли на расстрел людей. Они выхватывали из автомашины по одному человеку, подводили к ели и расстреливали. Глубина поросшего кустарником оврага была примерно три-четыре метра. Перед расстрелом люди, особенно женщины, сильно плакали.

Когда все были расстреляны, полицейские небольшим слоем земли засыпали трупы. Из-под тонкого слоя земли видны были руки, ноги убитых. Детей убивали, ударяя головой об угол машины, или живыми засыпали землей. Не могу без слез вспоминать случай, когда фашист отобрал у женщины ребенка и нес к колодцу. Мать вцепилась в фашиста, но он отбивался прикладом, оттолкнул женщину, и она упала. Потом смогла встать, бросилась к колодцу, но упала, сраженная пулей.

Трубач (Бернатович) Галина Станиславовна (1936 г.р., жительница д. Бигосово):

— Расскажу, как наша семья попала в концлагерь Саласпилс. Утром 23 февраля 1943 года Картенево окружили каратели. В наш дом ворвались вооруженные люди и выгнали всех на улицу. Несколько дней уже горели соседние деревни, очень большое зарево было от пожаров Росицы и других деревень. Весь скот приказали согнать на деревенскую площадь, а жителей погрузили на подводы и увезли в соседнюю деревню, согнали в сарай, обложили соломой, приготовились поджигать, ждали темноты. Но рано утром поступила другая команда. 

[В Саласпилсе] вместе содержались все — мужчины, женщины и дети… Еще через несколько дней начали отнимать детей у родителей и сортировать по колоннам. Меня поместили в барак вместе с братом одиннадцати лет. Там находились дети примерно от одного года до двенадцати лет. У нас стали брать кровь, мы быстро слабели, а малыши умирали. Помню, меня со стола снимал брат и относил на нары. Потом пришел приказ нас раздать по хуторам.

Из информации надзирателя Екабпилсского окружного пункта латышской вспомогательной полиции безопасности и СД Эдгарса Карабановса к обзору политического положения и настроений жителей за период 20 марта — 20 апреля 1943 г. *****

[…] после возвращения латышских стражей порядка с акции по зачистке от бандитов на востоке начались разговоры между прибывшими [участниками карательной операции "Зимнее волшебство"] и местными жителями. Много говорилось о впечатлениях от боев, однако часто можно было слышать разговоры, в которых обсуждались многие беспорядки в латышских полицейских батальонах во время акции по зачистке. Более всего упоминалось плохое обеспечение, которое в последние недели сократилось настолько, что в нормальных условиях человек не смог бы выжить. Норма сигарет и так мала, но в конце она настолько уменьшилась, что иногда выдавались по одной или две сигареты на весь день. Было замечено, что батальонный снабженец, в чьем ведении была кухня, свободно распоряжался большими запасами водки и сигарет, продавая или спекулируя ими. Среди солдат зародился плохой настрой и недовольство своими командирами, поскольку те не ликвидировали данные обстоятельства, да и не хотели этого делать. Возникло впечатление, что руководство латышского батальона погрязло в общих спекулянтских интригах с немецкими офицерами — снабженцами, заведующими кухнями.

Из сообщения из занятых восточных областей № 49 шефа полиции безопасности и СД о результатах проведенных карательных операции в январе-марте 1943 года на территории рейхскомиссариата "Остланд"******

…В операции "Винтерцаубер" ("Зимнее волшебство"), кроме команд полиции безопасности, участвовало несколько латышских полицейских батальонов, украинский полицейский батальон, моторизованная жандармерия, зенитные части и самолеты. В начале марта район Липовки-Росица-Мушино-Сандарово-Бигосово и Устье был очищен от бандитов и на русской границе создана "мертвая" зона шириной в 15 км.

…Потери противника: 137 бандитов убито в бою, 1807 бандитов и их пособников расстреляны, 51 бандит арестован. Свыше 2000 чел., которые не были уличены в бандитской деятельности, эвакуированы из захваченных деревень и направлены в лагерь Саласпилс под Ригой.

Дневник боевых действий группы Кнехта в операции "Зимнее волшебство"****

28.2.43 …276-й полицейский батальон прочесал район: западная граница Освеи — Абразеево — восточная граница шоссе Себеж — Стрелки. В дер. Рагелево сожжены два уцелевших дома. В дер. Гальковщина арестованы и переданы СД 2 мужчин. 278-й латышский полицейский батальон прочесал деревни Скрипчино и Беляны. Арестовано и передано СД 122 чел. 277-й латышский полицейский батальон проводил прочесывание южнее дороги Освея — Великое Село. В этой местности бандиты не обнаружены. Деревня Гальковщина сожжена. СД расстреляло 45 чел. бандитских пособников.

Акт штаба Освейской партизанской бригады имени М.В.Фрунзе о преступлениях, совершенных немецкими оккупантами в Освейском районе с 16 февраля по 22 марта 1943 г. *******

За указанный период гитлеровской фашистской разбойничьей бандой произведены следующие зверские расправы над мирным населением:

— Cожжено полностью деревень — 156

— В них жилых домов — 3423

— Домов культуры — 9

— Средних школ — 12

— Неполных средних школ — 90

— Больниц — 6

— Детских домов — 4

— Церквей — 2

— Костелов — 2

Уничтожено мирного населения 3639 чел, из них детей до 12-летнего возраста — 2118, стариков, мужчин и женщин —710, уведено в лагерь гитлеровскими головорезами — 2615 чел.

Ниже приводятся факты зверских издевательств фашистских палачей над мирным населением:

1. Мальчику 8 лет из семьи Юхневич (д. Беляны) фашистские палачи вырезали пятиконечные звезды на груди и спине и бросили в огонь, девочка Вера, 7 лет, зарезана ножом, мальчик Женя, полтора года, с разбитой головой и вырванными пальцами брошен в огонь; мать их также зарезана ножом, у нее фашистские бандиты вырезали груди, изрезали ее всю и сожгли на огне.

2. В деревне Борисово семью Шкутова сожгли в огне живьем.

3. Из этой же деревни, у семьи Юхневич у взрослых и детей у живых выкрутили руки и головы и бросили в реку Свольна.

4. В деревне Городилович, семья Хорова на грудях и шеях были вырезаны пятиконечные звезды, после чего вся семья была утоплена в реке Свольна.

5. Отмечены случаи, [когда] фашистские изверги в своем зверином неистовстве маленьких детей насаживали на колья изгороди.

6. Зарегистрировано много случаев, когда фашистские гады перед своей зверской расправой над девушками, предварительно подвергали их изнасилованию.

Из воспоминананий спасшихся жителей сожженных деревень Дриссенского и Освейского районов Белоруссии

Борисевич Викентий Федорович (1930 г.р., житель д. Сеньково):

— Навсегда в памяти осталось начало карательной экспедиции. Утром над деревней пролетел самолет, а после полудня в стороне, где находилась деревня Ладелево, послышалась стрельба, и через какое-то время появился огромный столб дыма. Стало ясно, что началась карательная акция, о которой был слух.

Группа полицаев подошла к нашему лагерю настолько тихо, что убежать после окрика "Руки вверх!" и пулеметной очереди было поздно.

на трех подводах в сопровождении полицаев нас привезли на станцию Скайта, а оттуда в товарном вагоне, тоже с конвоиром, в Даугавпилс, в крепость. Из крепости повезли в концлагерь Саласпилс, где кормили хуже некуда: утром 150 граммов чего-то, похожего на хлеб, в обед похлебка, вечером две картофелины в кожуре и, притом, нужно было таскать на носилках песок с места на место.

Потом, в конце июня, всех малолетних детей погрузили в автомашины и привезли в детский приют Болдерая, туда в начале июля приезжали латыши и выбирали себе работников. Меня тоже взяли, я пас коров. Хозяин и его семья относились ко мне нормально, питался за одним столом с ними, но работы было очень много. Они были все русские, давно живущие там. Освобождение пришло осенью 1944 года.

Якушева Надежда Петровна (1928 г., жительница д. Кохановичи):

— 20 февраля 1943 года, когда шла карательная операция, нас взяли в плен в деревне Кисели, людей взяли очень много. Нас погнали через Стрелки, Кохановичи и Дриссу; кто не мог идти — расстреливали. В Дриссе погрузили в телячьи вагоны, везли несколько суток, не давая есть, пить, вообще не открывали вагоны. Когда нас привезли и высаживали, много людей в вагоне погибло, особенно детей. Так мы попали в лагерь Саласпилс.

Макеенок (Дашкевич) Мария Федоровна (1927 г.р., жительница д.Лисно):

— …Потом вошел фашист, который пригнал еще людей; он встал на выходе, вынул пистолет и начал стрелять. Сразу убил нашу тетю Евдокию, а тетю Марию ранил: пуля прошла навылет сквозь легкие. Ее девочку, которую она держала на руках, убил в головку. Другую, Валю, ранил. Мою сестру ранил в ногу; мужчину убил. Поднялся крик, стоны.

Любимова Валентина Семеновна (1930 г.р., жительница г. Риги):

— Недавно из Интернета я узнала, что Национальный архив Республики Беларусь собирает информацию для размещения в Интернете о сожженных деревнях и уничтоженных жителях во время карательных экспедиций в 1943 году. О сожженных деревнях и уничтоженных жителях Дриссенского района Витебской области почти ничего в Интернете я не нашла. Поэтому я решила написать о тех страшных годах, которые остались в моей детской памяти. Тогда мне было 12 лет.

Я сама родом из деревни Каркалец Дриссенского района. Я не могу сказать, сколько человек в деревне Каркалец погибли от карателей в 1943 году, но 6 человек точно были расстреляны и сожжены. Деревня тоже была сожжена.

Недалеко от деревни Каркалец находилась в глуши небольших лесов деревня Шабалы. Из этой деревни родом были моя мама и бабушка. В этой деревне было всего 6 домиков….И вот зимой 1943 года в эту деревню на рассвете нагрянули каратели, приказали всем жителям взять с собой ценные вещи и выйти на улицу. Рядом с деревней Шабалы в 2 км, с одной стороны, была деревня Корзуны, а с другой — деревня Бузово. И когда жители деревни Шабалы вышли на улицу, к ним присоединили пригнанных жителей древни Корзуны, и потом всех (как скот) погнали в деревню Бузово, где тоже уже были собраны жители этой деревни. Там их всех загоняли в сарай, на окне которого стоял пулемет, из которого их расстреливали, а потом сарай, да и всю деревню подожгли, и жители были сожжены.

Но жена двоюродного брата моей мамы Циро Клавдия во время такой экзекуции была легко ранена и упала, на нее упали муж и сын. Когда уже начали тлеть тела, она поднялась, потрясла сына, мужа (они были мертвы — застрелены), и потом сама сквозь огонь выскочила на улицу. Каратели уже уехали, решив, что сделали свое черное дело. Спустя сутки после этой трагедии ее нашла разведка партизан и привезла к моим родителям. Она обо всем рассказала и партизанам, и моим родителям. Но не выдержало сердце, как констатировал врач (я не знаю его фамилию), умерла от разрыва сердца.

Сейчас очень сожалею, что я не расспросила подробно свою маму об этой трагедии, что ей рассказала Клавдия. Но маме моей было очень больно и тяжело вспоминать этот рассказ, особенно, как убили 2,5-годовалого племянника, подбросив его как мишень.

Вот сколько человек было сожжено из деревни Шабалы. Всех их фамилия была — Циро:

Василий, его жена и сын Анатолий, 15 лет.

Бронислав, его жена и дочь.

Михаил, его жена.

Флор, его жена Клавдия и сын Александр, 15 лет.

Степан, его жена.

Семья родного брата моей мамы — жена Анна, 33 года, и дети: Тамара, 11 лет, Володя, 8 лет, Петя, 2,5 года.

Мои воспоминания получились, возможно, сумбурными. Но я очень хочу, чтобы память об этих людях осталась для поколения. Они погибли ни в чем не повинные.

Рассказом рижанки закончу. Права она — нельзя забывать о невинно убиенных. В том числе и 16 марта.

___________  

* Печатается по: PSRS kaujinieki Latvijā (1941-1945). II daļa. Dokumenti un materiāli. Sast. H.Strods. Rīga, 2007. 326-327. lpp. на латышском языке, перевод с немецкого.

** ГИАЛ.  Ф. Р-82. Оп.1. Д. 7. Л.22. Копия. На немецком языке.

*** ГИАЛ. Ф. Р-82. Оп.1. Д.5 Л.33. Телеграфный бланк. На немецком языке.

**** НАРБ. Ф 1440. Оп.3. Д. 967. Л.67-98.

***** ГИАЛ. Ф. Р-252. Оп.1. Д 44. Л. 18 об. Копия. Машинопись. На латышском языке.

****** НАРБ. Ф. 140. Оп. 3. Д. 952. Л 124-125. Перевод с немецкого.

******* НАРБ. Ф.1336. Оп.1. Д.52. Л.24. Заверенная копия. 

Русские портреты в Латвии

ЛАТВИЯ