riga
Литва
Эстония
Латвия

ЛАТВИЯ

Зоя Космодемьянская.
© proshkolu.ru

От наветов Зою Космодемьянскую защитил ее командир, легендарный разведчик, латыш Артур Спрогис

Ничего нового - современные негерои клевещут на героев Великой Отечественной: последний взбудораживший медиапространство пример - "Герой Советского Союза Зоя Космодемьянская совершила свой подвиг и приняла мученическую смерть потому, что страдала шизофренией".

 "Это была клиника, а не подвиг"

Запустил эту информацию российский (живущий ныне не в России), известный психиатр, как его представляет разместивший публикацию The Insider, художник-карикатурист Андрей Бильжо.

Сейчас я расскажу страшную, крамольную вещь, которая взорвет интернет и меня, но, слава богу, я сейчас нахожусь далеко. Я читал историю болезни Зои Космодемьянской, которая хранилась в архиве психиатрической больницы им. П.П. Кащенко. В этой клинике не раз лежала до войны Зоя Космодемьянская, она страдала шизофренией. Об этом знали все психиатры, которые работали в больнице, но потом ее историю болезни изъяли, потому что началась перестройка, стала просачиваться информация, и родственники Космодемьянской стали возмущаться, что это оскорбляет ее память. Когда Зою вывели на эшафот и собирались повесить, она молчала, хранила партизанскую тайну. В психиатрии это называется «мутизмом»: она просто не могла говорить, так как впала в «кататонический ступор с мутизмом», когда человек с трудом двигается, выглядит застывшим и молчит.

Этот синдром был принят за подвиг и молчание Зои Космодемьянской. Хотя, на самом деле, она наверняка была смелой, и для меня как психиатра и человека, который очень сердечно относится к душевнобольным, понимая их страдания, это ничего не меняет. Но историческая правда такова: Зоя Космодемьянская не раз лежала в психиатрической больнице им. П.П. Кащенко и переживала очередной приступ на фоне тяжелого мощного потрясения, связанного с войной. Но это была клиника, а не подвиг давно болевшей шизофренией Зои Космодемьянской.

Не будем дискутировать. Оказалось, "информация", "документы" — ложь.

Об этом рассказал в студии Владимира Соловьева историк Армен Гаспарян. И показал документы.

 

В Сети — буря. Главный тезис откликов можно сформулировать так: "а либерасты еще удивляются почему их так все ненавидят". Бессмертный полк поднялся на защиту своих героев, которых продолжают убивать клеветой.

О том, как пытался оправдаться психиатр-карикатурист можно прочитать здесь и здесь.

Историк Марк Солонин свою публикацию "Мерзость запредельная" закончил словами "Сегодня всякий, кто берется хоть единым словом прикоснуться к этой теме, должен сто раз спросить себя: как ты это делаешь, для кого ты это делаешь, зачем ты это делаешь? Что есть твое желание «взорвать Интернет» мелким и мерзким скандалом рядом с величайшей трагедией народа?"

Зою Космодемьянскую ведут на казнь.
© Из архива
Зою Космодемьянскую ведут на казнь.

Можно еще Максима Кононенко, известного  блогера, почитать — " Диагноз по переписке: правда и мифы о Зое Космодемьянской".

Писатель Захар Прилепин в своем блоге на РенТВ обобщил:

Смертный полк Бильжо

Хамство в адрес воинов той эпохи рассматривается русскими (в самом широком смысле — русскими) людьми как святотатство, как танец на могилах самых близких людей.

Хамство в адрес воинов той эпохи рассматривается русскими (в самом широком смысле — русскими) людьми как святотатство, как танец на могилах самых близких людей.

Никакого дела до Бильжо мне нет.

Обсуждать выходку этого карикатуриста и доктора — значит, пытаться найти доводы в утверждении того, что любому нормальному человеку и так должно быть очевидно.

Дабы скрасить вопиющий стыд случившегося, ряд профессиональных "примирителей" норовят уравнять все действующие силы конфликта в правах, объявляя, что, мол, и патриоты тоже позволяют себе разнообразные неординарные высказывания.

Вот, мол, у вас Залдостанов говорит всякое, вот, мол, у вас Яровая — они тоже часто высказываются нелицеприятно.

Господа и товарищи. Давайте начистоту.

Есть либеральное сообщество, неотъемлемой частью которого является Бильжо.

Я виделся с ним один раз в жизни, весной 2013 года, и встреча была в некотором смысле исторической. Тогда, в присутствии большого количества людей, я вдруг объявил, что на Украине будет гражданская война. Бильжо был в компании либерального журналиста Гоши Свинаренко, тогда ещё моего приятеля, и они начали со мной снисходительно спорить: ничего, мол, такого не будет.

Честно говоря, я не знаю, что на меня снизошло: я и сам до конца не верил в то, что говорил. Но спор в итоге выиграл.

Пока мы весело (тогда ещё было весело) переругивались, к нам стеклись с разных сторон разнообразные личности, — я обратил внимание, что болевших за Бильжо было куда больше: ну, дело ж было на вечеринке "Эха Москвы", куда я из неутомимого любопытства заглянул.

К чему вспомнил: этот милейший врач (кто-нибудь у него лечился, кстати?) и карикатурист — неотъемлемая часть их "фронта".

Венедиктов, Шендерович, Ганапольский, Бабченко, Алик Кох, Людмила Улицкая, Евгения Альбац, Евгений Ермолин, Борис Акунин, Константин Боровой, Николай Сванидзе, Виктор Ерофеев, Владимир Сорокин, Артемий Троицкий, Андрей Макаревич, Александр Невзоров, Гоша Свинаренко и тот же самый Бильжо — они могут расходиться в частностях, но в целом стремительно находят согласие по большинству вопросов: это очень заметно, когда они вдруг пишут совместные письма, протестуя по поводу "аннексий", выстраиваясь в уютные хороводы и крепко держась за руки.

Если кто-то вдруг письма не подписывает, то на другой же день вдруг обнаруживается в плюс-минус той же самой компании, к примеру, в гостях у Михаила Борисовича Ходорковского или, там, у Марата Гельмана.

Имеются у нас и люди противоположных убеждений: от Лимонова, Владимира Бортко, Анатолия Вассермана и Александра Проханова до Шаргунова, Охлобыстина, Вадима Левенталя и Александра Скляра.

Памятник перед музеем Зои Космодемьянской в подмосковном селе Петрищево.
© ria.ru
Памятник перед музеем Зои Космодемьянской в подмосковном селе Петрищево.

Но никто и никогда всерьёз не воспринимал в патриотическом кругу Залдостанова или Яровую в качестве носителей патриотического интеллектуального ресурса — возможно, они хорошие люди, но идеи и высказывания их не циркулируют в этой среде, но существуют совершенно параллельно.

Бильжо же — неотъемлемая часть либерального истеблишмента: работник "Коммерсанта", соратник Шендеровича по "Итогам" на НТВ, хозяин ресторана "Петрович" — одной из точек сбора либеральной интеллигенции, и прочая, и прочая.

Более того, высказывания, так или иначе подобные тем, что вынесли сегодня Бильжо на вершину информационной волны, можно без труда разыскать у любого из приведённого выше списка: ну, Акунин чуть менее радикален, а Ганапольский — чуть более, но никто и никогда в их кругу даже не подумал выступить с публичным осуждением коллеги по "борьбе" в связи с очередным скандалом — типа этого высказывания Бильжо о Зое Космодемьянской.

Потому что, в сущности, они согласны по каждому пункту. Единственное, что они могут в своём кругу сказать: "Ну… не стоило так резко… видите, что с "ватой" творится…"

Да и то вряд ли.

Между тем, я могу объяснить, что творится с "ватой".

"Вата" — то есть подавляющее большинство населения России — воспринимает Зою, Александра Матросова, 28 панфиловцев и маршала Жукова в религиозном контексте, как святых — положивших жизнь и судьбу ради нас.

Давно пора смириться с тем, что настойчивую попытку "десоветизации" "вата" понимает как разрушение святынь.

Любое хамство в адрес святых и воинов той эпохи рассматривается русскими (в самом широком смысле — русскими) людьми как святотатство, как танец на могилах самых близких, самых дорогих, самых важных людей.

Представители либеральной общественности вот уже четверть века требуют от нас покаяния: за все действительные и мнимые прегрешения XX века.

Причём покаяние должно произойти по какому-то их сценарию, который тот же самый Бильжо в компании, скажем, Ганапольского для нас придумает.

Чтоб все мы, к примеру, на коленях проползли от Магадана до Соловков, а они за нами присматривали и погоняли иногда.

Однако им никак не придёт на ум очевидная вещь: то, как относятся русские люди к Великой Отечественной, индустриализации и рывку в космос — это и есть форма покаяния.

Потому что покаяние — это служение и память.

Мы служим и помним.

Чего о Бильжо и компании не скажешь.

Главное, что они забывают, — своё собственное происхождение из недр советских элит.

Виктор Ерофеев тут написал очередную колонку в журнале "Огонёк" о том, что в советское время худшие победили лучших. Это Ерофеев пишет, боже мой! Сын личного переводчика Сталина, помощника 1-го заместителя председателя СМ СССР Молотова, помощника министра иностранных дел СССР и т. д. и т. п.

Если кому-то надо каяться за то, что "худшие победили лучших" (что, кстати, является утверждением наивным и нелепым), то этим господам.

Пусть они забудут про Зою Космодемьянскую и 28 панфиловцев, а выйдут однажды своим "Смертным полком", неся портреты своих близких.

Вы ж так любили в 90-е повторять фразу "Начни с себя!" — вот и начните.

Дедушка Бильжо, между прочим, был членом "Бунда" — социалистической организации, практиковавшей, в числе прочего, и террористические методы, в сталинские времена дед работал при наркомате лесной промышленности, в то время как бабушка Бильжо работала в наркомате внешней торговли. У товарища Бильжо — Гоши Свинаренко — дедушка был начальником харьковского НКВД; дедушка Алексея Венедиктова — общеизвестный факт — тоже служил в НКВД и был членом военного трибунала. Отец Евгении Альбац — сталинский разведчик. Константин Боровой — сын главного особиста Железнодорожного райкома партии, сотрудницы КГБ СССР Елены Константиновны Боровой. Дед Невзорова по матери — сотрудник МГБ, а мать — журналист печатного органа Петроградского губкома комсомола, затем — Ленинградского обкома и горкома ВЛКСМ. Отец Николая Сванидзе — партийный деятель и борец с сионизмом. Дедушка Бориса Акунина служил в ЧК.

В общем, мне даже лень перечислять — там почти у каждого такие прекрасные орденоносные скелеты в шкафу, что диву даёшься.

При этом любой из перечисленных любит рассказывать, что вокруг были плохие, злые и жестокие "ленинские палачи" и "сталинские соколы", и лишь только его дедушка (бабушка, папа, мама, дядя, тётя) был добрым, хорошим, честным, допросов не вёл, доносов не писал и даже не читал — жил праведно, внося в работу советских спецслужб и прочих комиссариатов принципы человеколюбия и гуманизма.

Ну, мы верим: мутизм был только у Зои Коcмодемьянской, кто бы сомневался.

Мы не имеем никаких претензий к вашим родителям.

Может, вы наших тоже оставите в покое?

"Объявилось несколько женщин, которые утверждали, что Таня — это их дочь"

О том, что произошло в подмосковном Петрищево, где совершила свой подвиг Зоя Космодемьянская, подробно рассказывал Сергей Турченко в публикации "Правда о Зое Космодемьянской" на портале Свободная пресса.

Памятный знак на месте казни Зои Космодемьянской в подмосковном селе Петрищево.
© ria.ru
Памятный знак на месте казни Зои Космодемьянской в подмосковном селе Петрищево.

В частности, журналист встретился с ветераном фронтовой разведки Александрой Потаповной Федулиной, которая хорошо знала Зою. Старая разведчица рассказала:

- Зоя Космодемьянская никакой партизанкой не была. Она являлась красноармейцем диверсионной бригады, которой руководил легендарный Артур Карлович Спрогис. В июне 1941 года он сформировал особую воинскую часть № 9903 для проведения диверсионных действий в тылу вражеских войск. Её основу составили добровольцы из комсомольских организаций Москвы и Подмосковья, а командный состав набран из слушателей Военной академии имени Фрунзе. Во время битвы под Москвой в этой воинской части разведотдела Западного фронта было подготовлено 50 боевых групп и отрядов. Всего за сентябрь 1941- февраль 1942 года ими было совершено 89 проникновений в тыл противника, уничтожено 3500 немецких солдат и офицеров, ликвидировано 36 предателей, взорвано 13 цистерн с горючим, 14 танков. В октябре 1941 года мы учились в одной группе с Зоей Космодемьянской в разведшколе бригады. Потом вместе ходили в тыл врага на спецзадания. В ноябре 1941 года я была ранена, а когда вернулась из госпиталя, узнала трагическую весть о мученической смерти Зои.

Кем же был "легендарный Артур Карлович Спрогис", который отправлял на задания Зою Космодемьянскую и других героев-добровольцев?

Артур Карлович Спрогис был человеком-легендой оперативной разведки, пишет Андрей Ведяев, рассказывая о "святой мученице", Зое Космодемьянской. В 14 лет, в 1918 году Спрогис стал разведчиком партизанского отряда, в 15 — латышским стрелком. В 26 лет уже начальник диверсионно-разведывательной школы. В 32 года отправлен военным советником в Испанию, где действовал под именем майора Артуро. Прославился взрывом порохового завода франкистов.

Спрогис стал героем романа «По ком звонит колокол» Эрнеста Хемингуэя, когда тот упросил Спрогиса взять его с собой в рейд в тыл врага и отразил впечатления от этого похода в своем знаменитом романе. Овидий Горчаков так вспоминал об этом: «И все, чему меня обучал Спрогис, он сам взял от него — Яна Карловича Берзина. Многие из нас погибли, так и не узнав, кому они обязаны своим кодексом разведчика, своими навыками, своей выучкой». В 1941 году году майор Спрогис стал начальником войсковой части номер 9903 — одной из самых сверхсекретных в Красной армии.

Вплоть до середины 1970-х само существование в\ч 9903 оставалось тайной за семью печатями, пишет Игорь Софронов в очерке "Легенды спецназа: Команданте Артуро". Не говоря уже о принадлежности к ней многих героев войны — живых и павших, ставших впоследствии каноническими символами преданности Отечеству и военной присяге, чьи подвиги вошли в учебники истории и многие произведения художественной литературы советского периода. Их, как правило, называли партизанами и подпольщиками. И долгое время не афишировали принадлежность к военной разведке.

Зоя Космодемьянская, Константин Заслонов, Вера Волошина, Иван Банов, Елена Колесова, Григорий Линьков, Анна Морозова, Виктор Ливенцев, Федор Чехлов, Антон Бринский, Константин Пахомов… Одиннадцать Героев Советского Союза дала стране эта войсковая часть. Все они — ученики и воспитанники Артура Карловича Спрогиса. А сколько было тех, кто, выполняя разведывательные и диверсионные задания во вражеском тылу, сложили головы, так и оставшись неизвестными своим соотечественникам!

Артур Спрогис и Елизавета Паршина.
© ru.wikipedia.org
Артур Спрогис и Елизавета Паршина.

Те, о чьих подвигах узнала страна, во многом обязаны возвращением из небытия именно Спрогису, пишет Игорь Софронов. Артур Карлович, как только позволяла обстановка, повинуясь долгу командира, всегда выезжал на места гибели своих бойцов для выяснения мельчайших обстоятельств их смерти. Самый наглядный пример тому — установление причин провала, последних минут жизни и идентификация тела Зои Космодемьянской. Сам легендарный разведчик в одном из редких интервью, данных через много лет после войны, так рассказывал об этом:

«В Петрищево, этой глухой деревушке, немцы расположили часть армейской радиоразведки. Она перехватывала радиопереговоры, устраивала эфирные помехи. В те дни наше командование планировало мощное контрнаступление. Вот почему стало необходимым вывести вражескую станцию из строя хотя бы на некоторое время.

Охраняли ее гестаповцы, и охраняли надежно. Мы послали несколько групп — никто задания не выполнил. В очередную группу была включена Зоя. По пути следования бойцы группы уничтожали провода связи, установили на дорогах два десятка мин. А потом командир дал приказ возвращаться. Зоя наотрез отказалась: «Пока задание не выполню — не вернусь, иду к Петрищево». 

Когда в конце января 1942 года «Правда» опубликовала очерк «Таня», первый секретарь московского горкома партии Щербаков приказал установить личность неизвестной героини: готовилось ее награждение Золотой Звездой. Я отправил донесение, в котором твердо назвал Космодемьянскую.

Но к этому времени объявилось несколько женщин, которые утверждали, что Таня — это их дочь. Я был вынужден провести беседу с этими «матерями». После этого осталось две претендентки на родство — Любовь Тимофеевна Космодемьянская и еще одна женщина. Образовали комиссию, куда вошли комсомольские руководители, представители городской милиции, доктор и я. Когда беседовали с женщинами, Любовь Тимофеевна рассказала, что у Зои было очень чистое тело и никаких особых примет. Вторая женщина, напротив, решительно потребовала запротоколировать: у Тани выше левого колена глубокий шрам, а на щеке оспинки.

Провели эксгумацию. Любовь Тимофеевна дочь не узнала. Другая женщина, напротив, запричитала: «Это моя Танечка! Вот шрам, а вот оспинки!» Я, признаюсь, испытал дурные минуты: сразу же признав Зою, я в то же время увидал и шрам, и ямки на лице. А Любовь Тимофеевна дочь напрочь не узнавала. Голова пошла кругом.

Тогда тело стоймя прислонили к сосне. «Нет, это не Зоя! — еще более упорствует ее мать. — Она была много ниже». Ну как я могу в эту минуту ей объяснить, что повешенные сильно вытягиваются! А ведь Зоя висела около месяца…

Положили тело в приготовленный гроб — пора закапывать. Вдруг Любовь Тимофеевна говорит: «Я дочку в поле рожала, пупок узлом завязывала». А Зоя лежала в одной рубашечке, местами окровавленной. Приподняли ее — пупок узлом завязан. Все стало ясно.

Лжемамаша тут же призналась: ей удалось из Москвы сразу после освобождения села добраться до Петрищева, за самогон подкупить местных мужиков, которые подняли из могилы труп и дали осмотреть его. Тогда она увидала и шрам, и оспинки на лице. Откуда они взялись? Выяснили и это: когда нашу разведчицу привели к месту казни, виселица была недостроена. Конвойные втолкнули Зою в находившийся рядом сарай. У девушки были связаны руки, она упала на песчаный пол, к лицу прилипли песчинки — они и остались оспинками…».

16 февраля был подписан указ о присвоении Зое Космодемьянской звания Героя Советского Союза. По весне ее тело — в третий раз! — подняли из земли, кремировали. И 7 мая 1942 года под ружейный салют захоронили урну с прахом разведчицы в центре Петрищева.

Спецназ своих не бросает! Традиция, оказывается, закладывалась уже в те времена…

Диверсионно-разведывательная группа девушек из в/ч  9903 под командованием Спрогиса.
© Из архива
Диверсионно-разведывательная группа девушек из в/ч 9903 под командованием Спрогиса.

Чтобы рассказать хотя бы коротко обо всех боевых делах диверсантов, подготовленных Спрогисом в годы войны, не хватит никаких журнальных полос. Поэтому обратимся к сухой статистике.

А она такова. Только за 1941-1943 годы в руководимой Артуром Карловичем воинской части было обучено и отправлено в тыл противника 115 разведывательно-диверсионных групп общей численностью 2862 человека. В их числе — особый партизанский отряд испанцев в количестве 100 человек и «оперативная группа № 27», состоявшая из немецких коммунистов под командованием Макса Беккера. Какие задания они выполняли? Семьдесят лет минуло с тех времен, но еще как минимум три десятилетия дела разведчиков Спрогиса будут нести на себе гриф «Совершенно секретно» и не подлежать разглашению.

И еще три числа для размышления. Из трех с половиной тысяч бойцов особой войсковой части не дожили до Победы 952 человека. 348 разведчиков и диверсантов пропали без вести…

Главный партизан Латвии

Два военных года Спрогис не только готовил разведывательные и диверсионные группы, но и, как это было в Испании, порой лично отправлялся с ними за линию фронта для выполнения наиболее ответственных и рискованных операций, написано в очерке о легендарном Спрогисе на портале подразделений специального назначения "Братишка". В начале октября сорок третьего при выполнении одного из заданий Артур Карлович был тяжело ранен. Самолетом его доставили в Москву, в военном госпитале сделали несколько сложных операций.

Едва встав на ноги, разведчик появился в Центральном штабе партизанского движения и получил новое назначение — начальником штаба партизанского движения на территории Латвийской ССР.

Почему выбор командования пал именно на Спрогиса? Да потому, что ситуация в Латвии в то время сильно напоминала положение дел в Испании середины тридцатых годов: штаб партизанского движения существовал, а самих партизан на территории оккупированной республики не было. Партизанские отряды базировались в уже освобожденной к тому моменту Белоруссии, совершали налеты на ближайшие гарнизоны гитлеровцев и возвращались назад. Спрогису, досрочно произведенному в полковники, предстояло разворачивать партизанское движение в регионе практически с нуля.

Условия партизанской борьбы, разведывательной и диверсионной работы в Латвии были исключительно трудными. Воевать там, как до этого воевали в Белоруссии или на Украине, не представлялось возможным: густая сеть дорог, удобных для патрулирования охранными войсковыми командами, окультуренные, «прозрачные» леса, насквозь просматриваемые с воздуха, значительное количество зажиточных хуторян, на содействие которых не приходилось рассчитывать — все это создавало дополнительные трудности для действий партизан и разведывательно-диверсионных групп.

Но задача была поставлена. И Артур Карлович взялся за дело. К середине весны 1944 года в лесах Латвии сражались уже три партизанские бригады и несколько отдельных отрядов общей численностью почти 10000 человек. Они наносили чувствительные удары по коммуникациям армий группы «Норд», вступали в открытые схватки с карательными командами, уничтожали полицейские участки и разведывательные школы абвера, громили тыловые склады противника. А затем помогали частям Красной Армии, вступившим на территорию Латвии.

BaltNews.lv рассказывал о героических латышах, павших, как и Зоя Космодемьянская, в боях под Москвой, в публикации "Вперед, не посрамим славу наших отцов!": Как латыши защищали Москву".

Жив был легендарный разведчик Артур Спрогис, командир Зои Космодемьянской, защищал своих героев-девчонок (ушел из жизни в 1980-м, похоронен в Риге). Но и сегодня его имя, его авторитет — лучшая им защита.

Нет, герои не умирают. Идут рядом с нами в Бессмертном полку.


 

Загрузка...

Русские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ