riga
Литва
Эстония
Латвия

ЛАТВИЯ

Рижский Русский театр. Три премьеры 2016.
© коллаж BaltNews.lv

Три премьеры Рижского Русского театра – МММ

Рижский Русский театр им. Михаила Чехова открывает 134-й сезон, первый с 2010 года без Игоря Коняева в качестве худрука. И сразу как-то повеяло свежестью. Смелость какая-то взялась вдруг откуда-то, и взялась она у директора театра Эдуарда Цеховала.

О смелости Цеховала, не сговариваясь, упомянули режиссёры Екатерина Половцева и Владислав Наставшев, принявшие участие в пресс-конференции по случаю открытия сезона. За их спинами веером стояли баннеры, обещавшие три премьеры в течении двух месяцев — «Мария» Бабеля, «Медея» Еврипида, «Любить» Токаревой — «Marija», «Mēdeja», «Mīlēt», значится большими буквами на афишах. Стало быть, МММ. Попахивает приключением.

Я и рад бы забыть о политике, но политика сама вторгается в нашу жизнь и даже влияет на репертуарную политику театра. Не будь политики, не было бы и «Медеи» на сцене Рижского Русского театра. Режиссёр спектакля, Владислав Наставшев, рассказал, как было дело:

— Мы с актрисой Нового Рижского театра Гуной Зариней один раз уже ставили «Медею» в Москве, в Гоголь-центре. Выпустили спектакль, играли его с успехом. Потом началась вся эта интересная история с Украиной. Гуна отказалась ехать в Москву в связи с этим, и спектакль не играли. Но Гуна всё-таки актриса. Тяжело отказываться от ролей, тем более таких хороших. И возникла идея играть этот спектакль в Риге, а так как он был поставлен на русском языке, то логично было обратиться к руководству Рижского Русского театра. К нам отнеслись со всей сердечностью, и 1 октября, если все будем живы, состоится премьера на главной сцене театра.

Тогда спросили Гуну Зариню, на минуточку, выпускницу Санкт-Петербургской Академии театрального искусства, как ей пришла в голову идея не ехать в Москву и обратиться потом в Рижский Русский театр? Но Гуна Зариня про Москву говорить не захотела («я думаю, это не стоит поднимать уже»), а про постановку сказала:

— Да, изначально это была моя идея — обратиться к античной трагедии. Было интересно проверить, возможна ли в наши дни на сцене трагедия в полной мере? Оказалось, что говорить о таких серьёзных вещах очень трудно: сначала понять самим, а потом перевести в сценический язык. Спектакль рождался сложно, он нам дорогого очень стоил всем, и поэтому мне казалось важно ещё поработать над этим и ещё поиграть это.

В основу спектакля положен перевод Анненского с хорами в переводе Бродского, на которые Наставшев написал оригинальную музыку. Важный нюанс: Медея — иностранка среди древних греков и будет говорить с волнующим прибалтийским акцентом. Кстати, Ясона, царя фессалийского, будет играть варяг-аргонавт — актёр Гоголь-центра Михаил Тройник, которому ничто, надеюсь, не помешает исправно ездить в Ригу.

— Эта постановка не про сейчас, — поясняет режиссёр. — В лучшем случае, она про всегда. Театр, вопреки сегодняшнему дню, продолжает настаивать и напоминать о самом главном, том, что всё больше и больше оттесняется на периферию сознания, например. Мне как-то неловко говорить со сцены про любовь, но нравится в театре возможность предаваться ретро-мечтаниям. «Медея» — это история о наказании, история кары, которая настигает Ясона, а Гуна-Медея является орудием возмездия. И это всегда актуально: если человек неправильно поступает, то, возможно, последует наказание, придётся платить… уже при жизни.

Наставшев признает, что дирекция театра пошла на известный риск:

— Спектакль и по теме, и по эстетике выбивается из репертуарного ряда театра. Мне кажется, что это очень смелый шаг со стороны Эдуарда Ильича Цеховала. Это риск, но мне нравятся люди, которые рискуют. Мне кажется, это прекрасно — рисковать. Мы делаем всё, чтобы этот риск оправдался.

Екатерина Половцева, выпускница ГИТИСа, ученица Сергея Женовача, лауреат театральных премий, ставит в Рижском Русском театре пьесу Исаака Бабеля «Мария», впервые опубликованную в 1935 году. Это последняя прижизненная публикация писателя, рождённого русской революцией. Премьера 24 сентября (все билеты проданы).

— «Мария» — одна из самых уникальных и загадочных пьес своего времени, — считает режиссёр спектакля. — Это не тот Бабель, к которому все привыкли. «Мария» — это первая часть задуманной им трилогии про Марию, и так странно и прекрасно получилось: она заканчивается тем, что Мария не возвращается. Бабель называл эту вещь главным делом своей жизни. Для меня это бриллиант. Все ждут возвращения Марии, а в итоге она так и не приходит. Это страшная и в то же время закономерная мысль. Есть какие-то силы, которые что-то делают с нами, но есть и ты сам. Акцент здесь больше на людях и на их выборе. У каждого человека в любую минуту есть выбор.

Екатерина Половцева тоже отметила смелость директора театра, который пригласил её к сотрудничеству и «зажёгся этой пьесой»: «Это было его настояние, и я была очень рада, поскольку мне хотелось эту вещь сделать, а где — это уже не так важно».

В спектакле занято более двадцати актёров. Так что у зрителя будет возможность произвести своего рода смотр труппе театра. Будем надеется, что он пройдёт успешно, что бриллиант засверкает всеми своими гранями. Во всяком случае, сами актёры полны оптимизма.

— Пьеса очень сложная, очень интересная, — поделилась с журналистами актриса театра Ирина Егорова. — С режиссёром нам повезло. Как-то мы и влюбились, и поверили ему. Я играю роль дворничихи Агаши, которая радуется победе революции. Вот побелили наконец-то мы! В лаптях. Победили! Но, что дальше? Как жить после победы? Это вопрос сложный даже для неё, этой дворничихи. Вот она заступила, как Ленин говорил, стала управлять государством, но внутри у неё вопрос — а что будет то? Бабель — это, конечно, автор. И встреча с Бабелем — это подарок судьбы.

— Для меня эта пьеса — загадка, — в свою очередь, признался актёр Вадим Гроссман. — Но на сцене она открывает какие-то новые миры. Это пьеса внутреннего мира человека. Будет здорово, если всё это перешагнёт через рампу. Зрителю предстоит разгадывать персонажей. Я играю одного из калек, но, на самом деле, они обманывают. Они калеки, которые вдруг становятся королями. Время такое приходит, когда именно калеки диктуют условия жизни. Это было сто лет назад, и это повторяется сегодня. Будет интересно.

О предстоящей 22 октября премьере спектакля «Любить» по пьесе Виктории Токаревой «Ну и пусть» (хореография Аллы Сигаловой, сценография Николая Симонова, костюмы Александра Васильева — да, да, того самого, историка моды, ведущего программы «Модный приговор»), говорили мало. Обещали ещё провести встречу с творческой командой до выхода спектакля. Но Вадим Гроссман занятый и в этой постановке уверял, что Токарева не только замечательный автор, а просто необходима на сцене, поскольку даёт людям самое главное — надежду.

Надежды юношей питают. И мы, окрылённые ею, несмотря на все неудачи прошлых лет, полетим как мотыльки на пламя, на свет рампы Рижского Русского театра. Риск — благородное дело. И если не мы, то кто же?

 

Загрузка...

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ