riga
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Конституция Латвии.
© Коллаж BaltNews.lv

1 мая - Вечный праздник, или Как неграждан в латвийскую армию приглашали

1 мая Латвия празднует День созыва в 1920 году Учредительного собрания. Оно успешно работало, приняло Сатверсме, хотя взгляды депутатов не были тождественны. Так, если премьер-министр заявил в парламенте, что Латвия примкнет к Западу, то лидер оппозиции обратил внимание на иное: в экономическом отношении будущность Латвии связана с Россией.

Средневековые демонстрации

Ныне 1 мая в Латвии — Праздник труда и День созыва Учредительного собрания. Но повод для торжеств в начале мая Риге существовал еще за сотни лет до провозглашения Латвийской Республики и начала борьбы фабричных рабочих за свои права. Можно даже сказать, что это время было в Риге праздничным почти во все времена существования города.

Еще при жизни основателя Риги епископа Альберта Его Святейшество папа римский разрешил 1 мая именовать Ливонию краем Святой Девы Марии. Чем не праздник?

Военный парад и первомайская демонстрация трудящихся — отнюдь не советское изобретение.

500-600 лет назад майским ранним утром у здания Малой гильдии под знаменами рижских цехов собирались лучники, а у здания Большой гильдии в предвкушении рыцарского турнира гарцевала тяжелая конница. Шествие от Малой гильдии за городские укрепления почти всего мужского населения города вполне можно назвать демонстрацией трудящихся — к крепостной стене гордо шагали каменщики, кузнецы, сапожники. У Древней горы (на Эспланаде) проходили военный парад, рыцарский турнир, состязания стрелков из лука — то был своего рода день обороны города.

В XIX-м столетии Рига считалась… курортом, и в начале мая в Верманском парке курортным праздником торжественно открывался новый сезон.

В ХХ столетии появилась новая причина для праздника. 28 апреля 1920 года, за несколько дней до начала работы Учредительного собрания (первого парламента Латвийской Республики), Кабинет министров провозгласил день созыва этого собрания — 1 мая — праздничным.

Заработок — пара лимонов в день

Время было тогда нелегкое, неспокойное. Так, 15 апреля 1920 года большевики в Валкском уезде совершили нападение на автомобиль премьер-министра Латвии. В результате взрыва дорогу перегородило дерево, нападавшие открыли стрельбу по машине. Карлис Улманис чудом остался жив.

Страна была страшно разорена многолетней войной. В Риге многие продукты в то время выдавали по карточкам. Газеты с радостью писали о прибытии в Ригу пароходов с продовольствием из-за границы. Так, в апреле 1920 года сообщилось, что в рижский порт прибыл пароход с итальянскими лимонами и их отправили в свободную продажу. Вот только стоили эти плоды тогда столько, что части рижан надо было несколько часов работать, чтобы заработать на один лимон.

Кстати, именно в 1920 году слово «лимон» в соседней с Латвией России приобрело специфическое значение. В условиях катастрофического обесценивания денег «лимоном» стали называть купюру в миллион рублей.

В Латвийской Республике уже существовала своя валюта — латвийский рубль. Причем его курс многократно превышал курс российского рубля. Рижанин был бы очень счастлив, узнав, что за день он заработал два лимона, если бы речь шла о латвийских купюрах. Увы, когда речь шла про лимоны, подсчет велся не в миллионах, а в цитрусовых. А это, согласитесь, совсем другое дело.

Итак, жили в Латвии в то время очень бедно, но надеялись на лучшее будущее. И не ошиблись.

Янис Райнис — под красным знаменем

При открытии первого заседания Учредительного собрания глава правительства Латвии Карлис Улманис подчеркнул, что независимость страны обеспечило единство всех слоев населения. Однако 1 мая 1920 года этого единства в здании парламента, да и в Риге в целом, не наблюдалось.

Утром на демонстрацию вышли социал-демократы — отмечать международный день солидарности трудящихся. В Риге на Эспланаде прошел митинг под красными знаменами, к собравшимся обращались поэт Янис Райнис, известный политик Паулс Калниньш, ряд других депутатов Учредительного собрания, молодые девушки предлагали красные бантики…

В 4 часа состоялся совсем другой митинг — уже при государственных флагах. Он предшествовал открытию Учредительного собрания.
Самые крупные парламентские фракции в Учредительном собрании образовали Крестьянский союз и социал-демократы. И, если «крестьянин» Карлис Улманис 1 мая 1920 года говорил о единстве народа в борьбе за независимость, то один из лидеров социал-демократов — Фридрих Мендерс указал, что в парламенте единства нет.

В июне 1920 года К.Улманис сформировал новое правительство. В декларации Кабинета министров значилось: надо укреплять государство, следить за тем, чтобы осуществлялись гражданские права, необходимо улучшать положение работников, во внешней политике примкнуть к демократической политике Западной Европы.

Социал-демократ Фридрих Мендерс в июне на заседании парламента говорил о другом: соглашение с Россией необходимо для Латвии, так как в экономическом отношении будущность Латвии связана с Россией. Различие позиций между двумя крупнейшими фракциями обозначились.

Споры велись по многим вопросам, причем меньше всего в Учредительном собрании разногласий было по вопросам, на каком языке учить детей, какие права предоставить нелатышам. Кстати, в правительственной декларации кабинета Карлиса Улманиса в июне 1920 года говорилось, что Кабинет министров не намерен препятствовать меньшинствам в удовлетворении их культурных и национальных потребностей.

Шел бы ты, негражданин, во солдаты

1 мая 1920 года на открытии первого заседания Учредительного собрания глава государства Янис Чаксте с благодарностью говорил о латвийской армии, которая очистила территорию Латвии от врагов.

Напомним, что еще в 1918 году, когда армия Латвийской Республики лишь начала формироваться, предполагалось создание национальных рот — латышских, немецких, русской.

Премьер-министр Латвии Карлис Улманис в конце 1918 года заключил договор с уполномоченным от Германии Августом Виннигом. Пункт 10-й этого договора предусматривал создание национальных рот латвийской армии и так регулировал использование языков в вооруженных силах:

«Командными языками служат для латышских рот — латышский, для немецких — немецкий, для русских — русский. Операционные приказы, отдаваемые отдельным частям, издаются на их национальном языке». То есть министр обороны ЛР, по межгосударственному соглашению, обязан был писать приказы для русской роты только по-русски.

О том, что люди в ту войну были разделены не по признаку гражданства, языка и национальности, а по политическим взглядам, красноречиво говорит такой факт. Осенью 1919 года в Риге уже находились беженцы из России. Своего рода «неграждане» — латвийского гражданства они не имели (так как до провозглашения независимости ЛР в Латвии не жили), а гражданами Советской России себя не считали.

В октябре 1919 года на Ригу начала наступление немецкая армия, прикрывавшаяся именем русского белогвардейца Бермондта-Авалова. В столице Латвии производилась мобилизация. Так вот, рижский воинский начальник Крейцберг объявил: «На призыв должны явиться также подданные бывшей России, желающие приобрести гражданство Латвии».

В год, предшествующий созыву Учредительного собрания, Народный совет Латвии гарантировал право нацменьшинств обучаться на родном языке, принял Закон о гражданстве по нулевому варианту.

Рижский интеллигент Генрих Гроссен, приехавший в Ригу в 1920 году, с радостью написал в газете «Воля» через несколько недель после открытия Учредительного собрания: «Поразило с первого же раза доброжелательное отношение к русским; многочисленные русские вывески в городе, надписи на деньгах».

Думается, отцы-основатели Латвийской Республики хотели, чтобы в этой стране комфортно чувствовали себя граждане ЛР любой национальности.

 

Загрузка...

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ