riga
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Виноват? Или не виноват?
© BaltNews.lv

8 Марта не победить, а русские знают латышский в 4 раза лучше, чем при Улманисе. Обзор СМИ

На минувшей неделе латышские СМИ писали о продолжающихся спорах вокруг празднования 8 Марта и об очередной волне обсуждения роли государственного языка в Латвии.

Не боритесь с 8 Марта. Проиграете!

Это признаёт автор сюжета, показанного в передаче Латвийского ТВ «Панорама» Имант Фредерик Озолс.

Он рассказывает, что его отец, во время Второй мировой войны сражавшийся на «неправильной» стороне, потом «перевоспитывался» в ссылке. Однако, даже после этого отец всё же ежегодно поздравлял маму 8 марта с праздником цветами и каким-нибудь незамысловатым подарком.

Когда Советского Союза не стало, и появилась возможность связаться с живущими в эмиграции родственниками, выяснилось, что Международный женский день, оказывается, совсем даже не международный, в Канаде его не отмечают.

«С тех пор я каждый год наблюдаю дискуссию о 8 Марта и по возможности не участвую ни в праздновании, ни в дискуссии. Но чувствую, что в последнее время она становится всё более опасной. 8 Марта начинает занимать стабильное место в списке протестных праздников. Там, где уже находится 9 Мая», — указывает Озолс.

Однако, отмечает он, 8 Марта, в отличие от 9 Мая, не будет «русским праздником». 8 Марта закрепится как общий праздник для всех тех, кто не согласен с противоположным мнением узкого круга интеллигенции, а также политической, деловой и культурной элиты.

Автор поясняет, что День матери никогда не заменит Международный женский день, потому что не все женщины являются матерями.

8 Марта, считает он, можно, конечно, называть наследием советского прошлого, но ещё большим наследием этого прошлого можно считать, например, то, что в Валмиере, как и в советское время, сейчас опять строят многоквартирный блочный дом.

По мнению Озолса, «советский диктат закончился, но нравы остались. Мы не хотим видеть свою страну западной, развивая индивидуализм, воспитывая ответственность».

Однако, продолжает он, даже если 8 Марта не очень-то нравится из-за его «советского прошлого», этому празднику при желании можно придать современный характер и европейский шарм.

«Лучше праздновать, чем давать очередную платформу для протеста. В праздник люди улыбаются, а улыбающиеся люди не кусаются», — заключает автор.

Старушка возмущена: газета самоуправления издана на русском языке

Портал nra. lv сообщил о том, что некая пожилая жительница города Ливаны пожаловалась авторам передачи Латвийского ТВ «4-я студия» на то, что местное самоуправление издало свою газету на двух языках — не только на государственном латышском, но и на русском языке.

Пенсионерке кажется неприемлемым, что такая газета издаётся на деньги налогоплательщиков.

Представительница Центра государственного языка (ЦГЯ) Сармите Павулена пояснила, что самоуправление по требованию человека может информировать его на любом иностранном языке. «Но если я вынужден получать информацию на иностранном языке наряду с латышским языком, то это считается уже нарушением», — сказала она.

Павулена добавила, что в поле зрения ЦГЯ уже попало несколько самоуправлений в связи с подобными случаями, но надо ещё доказать, что газеты, изданные на двух языках, доступны именно в общественных местах, так как почтовые ящики таковыми не являются.

В свою очередь эксперт по коммуникациям Сандра Вейнберга считает, что самоуправления вообще не должны были бы издавать газеты. «Это придумка наших самоуправлений, потому что больше нигде в Европе такого нет. Но я их понимаю — это лишняя реклама перед выборами», — сказала она.

Как известно, до муниципальных выборов остаётся несколько месяцев.

Каждый день в новостях появляется кто-нибудь не умеющий говорить по-латышски

В интервью порталу nra.lv директор ЦГЯ Марис Балтиньш коснулся уроков языкового референдума 2012 года, исчезающих привилегий русского языка и кажущейся заботы о хорошем самочувствии туристов, а также конфликтов с рижским и вентспилсским мэрами.

После пяти лет, минувших после референдума по вопросу о признании русского языка вторым государственным языком Латвии, его сейчас тревожат мелкие, но регулярные уступки в направлении двуязычия в стране.

В связи с этим Балтиньш сказал: «Всё, что официальное, должно проходить на государственном языке. Но сейчас кое-кто, ссылаясь на туризм и медицину, начинает для лучшего понимания общаться на русском языке. Есть случаи, когда пояснения на русском необходимы и оправданы. Так, например, возле Национального театра есть табличка с пояснением, что там состоялось собрание, провозгласившее Латвийскую Республику, и дан перевод на английский, немецкий и русский языки. Есть пояснения на иностранных языках возле памятника Свободы, возле охраняемых природных объектов; так мы демонстрируем себя как нацию, дружественную туристам. То же самое относится к музеям. Но это не означает, что следует переводить на иностранный язык любую находящуюся на окраине (или в центре) улицу, по которой, возможно, пройдёт какой-нибудь турист».

По поводу претензий ЦГЯ к предприятию «Latvijas dzelzceļš» («Латвийская железная дорога») из-за надписей на русском языке, глава языкового ведомства заметил: «Большой части старшего поколения присуща ностальгия по утраченным привилегиям, когда от Кёнигсберга до Владивостока можно было свободно навязать один язык и никакого другого понимать не надо было».

Уже по другому поводу он добавляет: «Ведь если даже языки используются параллельно, то мы подаём сигнал: зачем тогда учить латышский язык, если эту информацию можно получить и на русском?».

В свою очередь, говоря о претензиях ЦГЯ к общению мэра Риги Нила Ушакова в соцсетях на русском языке, Балтиньш признаёт, что в начале 90-х годов действительно были пенсионеры, которые по разным причинам не владели латышским языком, поэтому самоуправлениям приходилось обращаться к ним на русском языке. Однако нынешние 60-летние пенсионеры в то время были людьми в полном расцвете сил, а это значит, что в тот момент они сделали свой осознанный выбор и не стали учить государственный язык, указывает он.

Директор ЦГЯ не одобряет эстонского премьера, открывшего в Фейсбуке свою страничку на русском языке. В то же время его радует то, что латвийские спортсмены, не являющиеся латышами, уже могут более или менее давать интервью на государственном языке. При этом Балтиньша возмущает то, что в выпусках новостей общественного телевидения обязательно найдётся кто-нибудь, кто не может ни слова сказать по-латышски. «У меня создаётся такое впечатление, что это делается с целью создать впечатление, что это вполне нормально — не говорить по-латышски», — сказал он.

По поводу того, что в ноябре прошлого года группа экспертов в области сплочения общества при президенте Латвии назвала «хорошим примером» то, что некоторые политики и чиновники разговаривают с представителями русскоязычных СМИ на русском языке, директор ЦГЯ заметил: «Учитывая состав этой экспертной группы, ничего другого и не следовало ожидать».

В свою очередь по поводу получившего широкий общественный резонанс недавнего случая, когда мэр Вентспилса Айвар Лембергс перед началом гастрольного спектакля Рижского Русского театра обратился к присутствующим на русском языке, Балтиньш сказал: «Начата проверка об обоснованности использования иностранного языка на публичном мероприятии с участием должностных лиц самоуправления. Сейчас ждём объяснений».

Одних наказаний недостаточно

Марис Зандерс в газете Latvijas Avīze по поводу вновь развернувшейся дискуссии о том, насколько полноценно соблюдается статус латышского языка как государственного, высказывает мнение, что в данном случае не помешали бы более широкий исторический контекст и больше самокритики.

Что касается истории, то автор приводит данные из вышедшего три года назад многотомного академического издания «Latvija un latvieši» («Латвия и латыши»), свидетельствующие о том, что и в межвоенное время у русского населения Латвии дела со знанием латышского языка были неблестящими. Об этом свидетельствует официальная статистика: в 1922 году латышский язык знали 74,11% живших в Латвии немцев и 14,23% местных русских, а в 1930 году эти показатели составили соответственно 81,9% и 18,85%.

(Как сообщал BaltNews.lv, по данным опроса 2014 года латышским языком владело 75% представителей нацменьшинств, а данные опроса, опубликованные в октябре 2016 года, говорят о том, что латышский язык знают 90% нелатышей, то есть — подавляющее большинство.)

«Может быть, я ошибаюсь, но не думаю, что это объясняется каким-то особым отрицательным отношением местной русской общины к Латвийскому государству (тогда уж у немцев причин для претензий могло быть больше…). Поэтому, более правдоподобно, что сравнительно небольшое число владеющих латышским языком среди латвийских русских объяснялось тем, что у этой этнической общины было сравнительно меньше контактов с Латвийским государством, и она могла легче прожить без знания латышского языка. С этой точки зрения сегодняшние упрёки ряда латвийских должностных лиц (Ушаков, Лембергс и др.) в том, что последовательное неиспользование латышского языка может уменьшить желание инородцев освоить этот язык и пользоваться им, кажется обоснованным», — пишет Зандерс.

Что касается самокритики, то, по его мнению, следует осознавать, что позиции латышского языка зависят не только от строгого соблюдения нормативного регулирования его использования, но и от того, как к нему относятся сами латыши.

Автор признаёт, что в данном случае не располагает версифицированными данными, а лишь своими личными наблюдениями. Они свидетельствуют о том, что зачастую чиновники, для которых государственный язык не является родным, говорят на нём намного точнее, чем, например, политики, являющиеся этническими латышами.

«Несколько странно требовать от других уважения к языку, который мы сами же и искажаем», — указывает Зандерс.

 

Загрузка...

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ