riga
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Андрейс Пумпурс и его эпос "Лачплесис".
© Коллаж BaltNews.lv

«Отец» Лачплесиса - российский офицер. Он сражался за сербов, чей язык созвучен латышскому

Какая связь может быть между латышским былинным богатырем Лачплесисом и литературным персонажем Льва Толстого Андреем Болконским? Мир более тесен, чем кажется на первый взгляд, – связь имеется, причем прямая.

11 ноября 1919 года армия Латвийской Республики одержала, возможно, самую славную победу в своей истории, учинив разгром армии авантюриста Павла Бермондта. Заметим, что на самом деле руководил армией противника не белогвардеец Бермондт, а немецкий генерал фон дер Гольц, и латыши прекрасно знали, с кем воевали.

Так, премьер-министр молодой Латвийской Республики Карлис Улманис 22 октября 1919 года в обращении к народу Латвии заявил: «…Мы знаем, что в войсках Бермондта-Гольца большинство немцы». В Риге звучали призывы к борьбе с Черным рыцарем (так назвал главного врага латышей — немецкого крестоносца — поэт А. Пумпурс в своем знаменитом эпосе «Лачплесис»). А 28 ноября 1919 Латвия даже объявила войну Германии, дабы весь мир понял, кто именно с кем воюет (об этом событии BaltNews.lv подробно рассказывал ранее). 

Немцы во все века воевать умели, поэтому ту ноябрьскую победу можно считать славной. Позднее в ее честь в Латвии стали 11 ноября праздновать день Лачплесиса. Почему праздник назвали именно так? Былинный богатырь Лачплесис — символ боевого духа латышей, символ любви к родине.

Издревле у людей, живших на берегах Даугавы, ходили легенды о богатыре Лачплесисе. Обобщил и творчески переработал эти легенды в цельный эпос талантливый поэт Андрейс Пумпурс, родившийся 175 лет назад (в 1841 году). Пумпурс был весьма многогранен: российский офицер и классик латышской литературы, борец за свободу сербского народа и создатель образа богатыря, ставшего одним из национальных символов Латвии.

Парадокс: когда Пумпурсу было уже 30 лет, человек, чьим именем ныне названа одна из центральных улиц Риги, казался типичным неудачником. Был батраком, сплавщиком леса, помощником землемера — разве это карьера? Правда, писал интересные стихи, которые придавали латышам веру в свои силы. Ныне некоторые его стихотворения могут даже показаться крамольными. Например, строчки о том, что Запад был бедою, был напастью, а Восток недавно спас латышей. Заметим, что в то время немало латышей, чьими именами названы сегодня улицы Риги, по-дружески смотрели на Россию.

Но в то время (как, собственно, и сейчас) прокормить себя с помощью такого таланта было невозможно. В 33 года провинциал переехал в Ригу, чтобы заняться каким-либо серьезным делом. В одном из писем молодой романтик отмечал, что цель его жизни — защищать свой народ. До бизнеса ли тут? В конце концов, в поисках лучшей доли Пумпурс уехал в Москву.

В 1876 году он вызвался добровольцем участвовать в войне за освобождение Сербии, вступил в казачий полк. Один из мотивов — добровольцам обещали щедрое вознаграждение. Но, думается, не только поэтому Андрейс Пумпурс отправился в Сербию: борьба за свободу была созвучна представлениям Пумпурса о чести, о свободе человека.

Попав на Балканы, борец за свободу других народов удивил содержанием писем своих рижских знакомых. Он сообщал, что сумел уловить на Дунае созвучие местного языка с латышской речью, их схожесть. Тогда эта констатация воспринималась как лингвистический анекдот.

Лишь через много лет рижские филологи заговорили о том, что сербы — единственные из славян имеют в своем языке интонации, схожие с интонациями литовского и латышского языков. Оказывается, ничего не нафантазировал классик.

Однажды, когда война была уже закончена, в Сербии некий турок, поняв, что Пумпурс не славянин, попытался завербовать его на службу в армию Оттоманской империи, предлагал очень неплохие деньги. Андрейс категорически отказался.

Вернувшись в Россию, Пумпурс уже в зрелом возрасте (36 лет) поступил в Одессе в юнкерское училище. В свободное от учебы время он продолжал писать стихи. Более того. Другие курсанты и не ведали, что в голове их сокурсника зрел величественный замысел эпоса «Лачплесис».

В 1880 году офицеру А. Пумпурсу удалось перевестись служить в Ригу. Это был совсем иной приезд, чем в первый раз! Сюда прибыл респектабельный офицер. В крупнейшем городе Латвии А. Пумпурс продолжил работу над главным делом своей жизни — созданием эпоса. «Лачплесис» был издан в 1888 году, причем его издание было приурочено к третьему латышскому Празднику песни.

Эпос рассказывает о латышской истории, но косвенно связан и с русской, ведь история двух соседних народов нередко взаимосвязана. Казалось бы, какое отношение к книге А. Пумпурса имеет герой знаменитого романа Льва Толстого «Война и мир» князь Андрей Болконский? И у Лачплесиса, и у князя Болконского были свои исторические прототипы, причем реальный исторический прототип вымышленного князя Болконского вполне мог быть потомком… исторического прототипа Лачплесиса.

В эпосе А. Пумпурса упоминается рыцарь Банеров — крестоносец, захвативший Лиелварде. В эпосе ему противостоит Лачплесис, в реальной жизни с ним воевал князь Кокнесе Вячко (по мнению одних историков — балт, по версии других — славянин). Из хроники Генриха Латвийского известно, что Вячко нанес потери крестоносцам, но, понимая, что борьба — неравная, сжег свой деревянный замок и уехал на Русь.

В ХХ столетии М.Таубе — историк, изучавший прошлое прибалтийских дворянских родов, утверждал: через много лет дочь Вячко София вернулась на родину и вышла замуж за рыцаря фон Тизенгаузена. (Тогда подобное было в порядке вещей — представители правящей верхушки разных народов то ссорились друг с другом, то мирились…)

Одним из отдаленных потомков этой Софии был зять великого русского полководца Михаила Илларионовича Кутузова, остзейский немец, штабс-капитан Фердинанд фон Тизенгаузен. Он погиб 20 ноября 1805 года в сражении под Аустерлицем со знаменем в руках. Это упавшее знамя штабс-капитан инженерных войск Фердинанд фон Тизенгаузен поднял, чтобы попытаться остановить отступление русского полка. Остановил его российский офицер ценой своей жизни…

Через десятки лет величайший русский писатель Лев Толстой сделал Фердинанда одним из прототипов своего героя князя Андрея Болконского и правдиво написал, как Наполеон, после боя объезжая поле сражения, увидел офицера со знаменем и сказал: «Вот прекрасная смерть». Разница состояла в том, что в романе Андрей Болконский остался жив, а о фон Тизенгаузене Михаил Илларионович Кутузов долго горевал после его гибели под Аустерлицем. В одном из писем знаменитый полководец писал: «Если бы быть у меня сыну, то не хотел иметь другого, как Фердинанд».

Так что исторический прототип Лачплесиса вполне мог быть предком исторического прототипа князя Болконского. Что еще раз показывает: многое соединила в истории двух народов «судеб связующая нить»…

Со времени издания А. Пумпурсом эпоса «Лачплесис» прошло более ста лет. Подтвердились слова знаменитого британского государственного деятеля о том, что в политике нет вечных друзей, а есть лишь вечные интересы. И потому ныне многие латыши с недоумением воспримут стихотворение Андрейса Пумпурса о том, что Запад был напастью для латышского народа.

А вот о том, что с русскими герой эпоса А. Пумпурса Лачплесис не воевал и не стремился это делать, забывать, думается, не стоит ни в Латвии, ни в России.

 

Русские портреты в Латвии

ЛАТВИЯ