riga
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

«Мадам Баттерфляй» разбивает наши сердца

Участие Хироми Омура в спектакле – это событие. Ее талант делает представление незабываемым. Лучшего оперного спектакля в Латвийской Национальной опере (ЛНО) в плане вокального и актерского мастерства мне видеть и слышать не доводилось, ибо «Мадам Баттерфляй» – это тот случай, когда от исполнительницы заглавной партии зависит всё или почти всё.

Можно подумать, что г-жа Омура специально создана для роли Чио-Чио-Сан, для нее она родилась в Токио, для нее закончила Токийский Национальный университет искусства и музыки, для нее совершенствовалась в Мантуе, Милане и Марселе.

В партии Чио-Чио-Сан г-жа Омура выходила на сцену Берлинской государственной оперы, Израильской оперы, Польской Национальной оперы, Большого театра, Сиднейской оперы и Мельбурнского Центра искусств (эта постановка с ее участием вышла на DVD — BaltNews.lv), а также оперных театров Испании, Франции и Швейцарии.

Повсюду ей сопутствовал успех, потому что нельзя не восхищаться голосом такой красоты и силы. Сопрано японской певицы поражает широтой диапазона, свободой дыхания, изяществом отделки, естественностью и при этом экстраординарной эмоциональностью исполнения.

Г-жа Омура владеет своим голосом и своим телом настолько, что соединяет их в одно неразрывное целое, полностью подчиняя их образу, в который погружается без остатка.

Вы увидите на сцене не просто певицу и не просто актрису высокого класса, а настоящую Чио-Чио-Сан: сначала наивную девочку-невесту, затем отринутую родней, но счастливую новобрачную, потом томящуюся одиночеством, но любящую и верную супругу и, наконец, обманутую, покинутую женщину, у которой отнято все, даже возможность жить дальше. Недаром кто-то из рецензентов отметил: «Омура разбивает наши сердца».
То же самое можно сказать о спектакле с участием г-жи Омура в ЛНО. К счастью, рижская постановка позволяет зрителю сосредоточиться на переживаниях героини. Ничто не отвлекает его от музыкально-литературной идеи этого во многих смыслах выдающегося произведения. «Мадам Баттерфляй» в ЛНО — настоящий раритет.

В 2006 году под руководством Владимира Окуня был возобновлен спектакль, поставленный в мае 1925 года режиссером Софьей Дмитриевной Масловской в сотрудничестве с художником Эдуардом Витолсом. Декорации и костюмы выполнены в духе театра мирискусников, т. е. художественно воссоздают обстановку места действия — Нагасаки около 1900 года. «Нельзя сказать, что работа — особенно новая и оригинальная, но результат более чем удовлетворителен», — писал современник. И слава Богу! На фоне современных концептуальных постановок классических опер «Мадам Баттерфляй» ЛНО является глотком свежего воздуха. А г-жа Омура токами своего таланта электризует его до предела.

Я шел на экзотику — японка в роли японки — а попал на трагедию. Трагедию, как никогда актуальную, ведь за частной человеческой драмой Чио-Чио-Сан встает конфликт цивилизаций, не только не исчерпанный, но и с новой силой, на новом, так сказать, материале проявляющийся сегодня. Отвратительный, замешанный на расизме, цинизм Западной, а точнее — Американской цивилизации и ныне обрекает на гибель тысячи ни в чем не повинных людей. И в большом и в малом. Величие Пуччини, а он был предельно честен и самокритичен в этой своей опере, возвел частный случай до масштаба планетарной метафоры, а г-жа Омура выражает ее с беспощадной правдивостью.

При первых звуках ее голоса, еще за сценой, я понял, что нас ждет что-то необыкновенное. Выход г-жи Омура превзошел ожидания. Это было явление. Каждое ее движение было исполнено смысла, и каждый взгляд. Голос ее звучал волшебно, переливчато, без малейших соединительных швов и форсирования звука — легато самой высокой пробы. Дуэт Чио-Чио-Сан и Пинкертона (Андрис Лудвигс) в конце первого акта привел меня в волнение, которое не покидало до конца представления и не изгладилось из души до сих пор.

Из партнеров г-жи Омура выделялась меццо-сопрано Лаура Грецка, которая была довольно убедительна в партии Сузуки. С большим или меньшим успехом солисты нашей оперы служили достойной опорой для японской гостьи, но еще ни одну певицу так не ласкал наш оркестр. Вот это был дуэт так дуэт, и совершенно новое, небывалое качество.

Голос г-жи Омура не требует снисхождения. Он хорошо слышен из любого угла сцены и даже из-за кулис, но оркестр ЛНО под управление Мартиньша Озолиньша словно ложился к ногам японки, чтобы тут же встать труднопреодолимой преградой перед латвийскими «янки», которые и соединенными силами не могли пробиться сквозь плотный столб музыки. Не знаю, кто несет за это ответственность, лично Пуччини или маэстро Озолиньш, но склонен полагать, что речь здесь идет о любви с первого звука.

Если вы хотите знать, какой может и должна быть настоящая опера, то у вас есть шанс: 17 июня в рамках посвященного творчеству Джакомо Пуччини Рижского оперного фестиваля состоится второе и последнее представление «Мадам Баттерфляй» с японским сопрано Хироми Омура в главной партии.

Наутро я поинтересовался, имеются ли в кассе билеты на представление 17 июня, и, узнав, что имеются, сделал необходимые распоряжения. Поверьте, «Мадам Баттерфляй» и г-жа Омура заслуживают нашего внимания, цветов и овации.

Загрузка...

Сюжеты