riga
Литва
Эстония
Латвия

Интервью

Сергей Мазур.
© BaltNews.lv

Подвиг историка: вышел в свет 50-й номер альманаха Сергея Мазура

Госструктуры Латвии не дотируют проекты, связанные с русской культурой, утверждает Сергей Мазур, издатель альманаха SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS. «Альманах направлен на русское сообщество, а в Латвии сегодня публичность по сути дела латышская, и именно этой сфере публичности помогают», - заявил он в интервью, опубликованном на сайте РОвЛ.

В декабре 2017 года вышел в свет очередной выпуск альманаха SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS. На этот раз альманах Сергея Мазура обернулся сборником документов по истории Латвийской Православной Церкви. В этом нет ничего удивительного. Чудо в номере книжки, значащемся на её обложке: мало кому выпадал такой тяжёлый и вместе с тем счастливый жребий — на протяжении 13 лет выпустить 50 (пятьдесят) номеров альманаха, посвящённого проблемам гуманитарного знания. Сергей Мазур сделал это.

С Сергеем Мазуром мы встретились за два часа до его отъезда в Псков в фойе Латвийской Национальной библиотеки. Последнее обстоятельство и дало первоначальное направление нашему разговору.

- У кого, кроме вас, имеется полный комплект альманаха?

— Ни у кого. Серьёзно — ни у кого.

- Уникальным собранием обладаете?

— Безусловно, если уникальность определять через единственное число.

- Даже в Национальной библиотеке не имеется полного комплекта?

— Первые номера я не сдавал. Когда всё началось, то и представления такого не было, что следует сдавать в библиотеку очередные номера альманаха, поскольку они издавались специально к семинару специально для участников гуманитарного семинара и только среди них распределялись. Только чуть позже, начиная с четвёртого номера, коллеги стали напоминать о необходимости передачи обязательных экземпляров в библиотеку.

- Слышал, что и последние номера альманаха вы Национальной библиотеке не предоставляете.

— Это уже связано с финансированием. Точнее, с его отсутствием. Обязательные экземпляры — это порядка 70-80 евро, которые я должен выложить из своего кармана. С уходом спонсоров остаётся проблема продолжения научного исследования. Это самое важное для меня. Издать необходимые экземпляры — не проблема. Было бы финансирование. А вот исследование я провожу. Номер готовится, вычитывается и издаётся ограниченным тиражом. Но какие-то экземпляры попадают в библиотеку стараниями коллег.

Миссия в развитии

- Альманах издаётся с 2004 по 2017 год. Вышло 50 номеров. На протяжении 13 лет вы реализуете этот издательский проект, что, наверное, невозможно без представления о некоей миссии, которая вами движет. Можете её сформулировать?

— Да, конечно. Это сделать очень просто. Сам семинар SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS начался с 1999 года. Мы с Алексеем Романовым открыли гуманитарный семинар на базе частной школы LATREIA. Почему в 1999 году? До 1999 года моя сфера деятельности была связана в основном со школой, с учительством. В начале 90-х я, молодой учитель, попытался выйти за пределы того класса и той школы, где я работал. Уже в 1991 году я написал учебное пособие для изучающих Священное Писание. Назвал его «Человек в Новом Завете». Показывал эту книгу в Министерстве образования, когда общественные дисциплины курировала Диана Трейгуте. Потом мы с нею неоднократно встречались в процессе разработки Латвийской Христианской миссией при моём непосредственном участии программы для преподавания Библии в начальной и основной школе.

Потом я написал учебник по истории Латвии для 5-7-ых классов. Назвал книгу «Открываем Латвию». Она состояла из самодостаточных материалов, в основу которых был положен рассказ. Я исходил из того, что обучающим и развивающим свойством обладает тот текст, который ученик может пересказать. Возможно, моя авторская компетенция и не соответствовала требованиям, но я считал, что можно значительно лучше и интереснее выполнить эту работу, чем это сделал, допустим, Индулис Кениньш, и чем была вся та переводная (с латышского языка) литература, что спускалась в русскую школу. Вот её-то, на мой взгляд, невозможно было использовать на уроках.

- Я использовал.

— Приходилось, что тут поделаешь? Но мне казалось, что я это сделал лучше. С русскими детьми можно было заниматься по тому пособию, что я разработал. Даже рецензию на него получил. Но оно не было опубликовано, хотя такие переговоры велись. Я не настаивал, усомнившись в своей тогдашней компетенции.

- Что же такого произошло в 1999 году?

— К этому времени я стал отдавать себе отчёт в том, что в сфере образования я не могу выйти за пределы класса, тех классов, с которыми работаю — скажем, сотрудничать с Министерством образования, обращаться к широкой аудитории за пределами моей школы. Дай Бог уцелеть в рамках класса и школы, где ты работаешь, т.е. дать историческое образование детям, с которыми я сам занимался. Думать о более широком контексте было бессмысленно по тем политическим мотивам, которые хорошо известны, с которыми мы сталкиваемся и сегодня. Для меня это был рубеж.

И на этом рубеже, а я человек заряженный на деятельность — не могу просто сидеть и ждать, что произойдёт, я решил воспользоваться советом моего молодого друга, тогда уже покойного книгочея и философа Сергея Успенского, который говорил, что надо принимать участие в общественной жизни, подразумевая под этим общественную жизнь русских организаций и русского сообщества Латвии. Вот с 1999 года я решил этим и заняться.

Взял за основу составленный вместе с Успенским в 1997 году, в год его смерти, документ о создании педагогического центра. Смысл документа состоял в необходимости уменьшения разрыва — культурного, педагогического, философского, образовательного, возникшего в результате расхождения народов и государств, в силу образования новых государственных границ. Именно в 1997 году родилась идея приглашать в Латвию выдающихся гуманитариев и издавать журнал. Мы довольно подробно обсуждали с Успенским, что нужно сделать. Но тогда не было ни средств, ни компьютерной грамотности. Пришлось отложить идею с журналом до 2004 года, а семинары пошли с 1999 года. Это гуманитарный проект, который пережил уже 98 семинаров. Первый же номер альманаха удалось издать в 2004 году.

Эта культурная экспозиция продолжалась приблизительно до 2014 года, когда пришлось поменять подходы к гуманитарному семинару, что связано с изменением нашей культурной ситуации. На заре семинара, когда мы начали приглашать в Ригу известных людей, культурные события такого плана были редкостью. Плотность культурных событий сегодня стала значительно выше, чем это было в начале 2000-х годов, когда семинар с участием Бориса Кагарлицкого был событием для всего русского сообщества Латвии. Это, как и уход спонсоров (что, впрочем, момент преходящий — сегодня они есть, завтра их нет, а послезавтра они снова могут появиться), заставило меня подумать о специализации.

Накоплен уже большой опыт. Столько альманахов удалось издать, большие темы затронуть. Я биограф профессора Бориса Фёдоровича Инфантьева. До какого-то времени удавалось издавать его труды. Потом я перешёл к биографии архиепископа Иоанна Поммера. Юрий Львович Сидяков закончил свою работу по Иоанну Поммеру. Но много вопросов осталось и не все архивные фонды изучены. Осталось нераскрытым дело об убийстве архиепископа Иоанна. И я понял, что надо заниматься специальной работой историка и обратился к 20-30-м годам ХХ века, к истории Латвийской Православной Церкви. Они оказались очень богатыми, что и привело меня к мысли о том, что прежде всего надо издавать сборники документов.

Историк начинается с документов. Только на основании собранных, изданных и прокомментированных текстов источников возможна другая деятельность — написание монографий, статей и прочее, прочее, прочее. Так видоизменялся проект, пройдя через три этапа: 1) до 1999 года; 2) выросший из ограничений в сфере образования культурный проект 1999-2014 годов; 3) историко-источниковедческий проект, разрабатываемый с 2014 года.

На пьедестале науки

- Получается, что вы перешли от глобальной, общечеловеческой тематики к локальной, чуть ли не краеведческой тематике, поместив себя в рамки истории одной страны.

— Но это очень приятные рамки, и одной страной они никоим образом не ограничиваются. Архиепископ Иоанн Поммер связан с историей едва ли не всех поместных церквей. Иоанн Поммер — это история поместной православной церкви, а это история всеобщая и всемирная. Даже внутренняя переписка показывает удивительные судьбы людей, поскольку границы существуют у государств, а для людей их не существовало. Во всяком случае в Латвии в 20-30-е годы люди более или менее свободно ездили и в Берлин, и в Париж, и в Америку. Сама переписка об этом говорит. Русская эмиграция — это целая тема. Ведь поток эмигрантов не прекращается ни в 1922-ом, ни в 1924 году.

И даже в деле об убийстве Иоанна Поммера одной из фигуранток выступает Мария Резник, которая оказалась каким-то бичом в судьбе архиепископа, поскольку она была связана, по моему мнению, с его убийцами и передала ключи от дома наёмным убийцам. Так вот Мария Резник обратилась к Иоанну Поммеру с просьбой добиться переезда своих родственников из СССР в Латвию, и, проникнув под этим предлогом в дом владыки, украла ключи, чтобы передать их злоумышленникам.

А связь между Псковской землёй и Латвией? Чуть не половина захоронений на Покровском кладбище в Риге — это псковичи. Пыталовскому району, который в 20-30-е годы ХХ века входил в состав Латвии, я посвятил целый альманах. Это был предыдущий, 49-й номер. Пыталово — это третий в Латвии центр русской культуры и образования. Лично я вообще не вижу особой разницы между краеведением и историей. История, может быть, более методологична и строится на базе источников. Издание источников — это как раз та работа, что возводит краеведение на пьедестал исторической науки.

- Альманах не приобретёт специально-монографический характер в связи с вашим особым интересом к личности архиепископа Иоанна Поммера?

— На 2018 год у нас много предложений. Есть задумка издать филологический сборник, в котором будут опубликованы статьи 10-15 авторов. Я сейчас периодически бываю в Пскове и получил предложение преподавателей теологического факультета издать альманах, посвящённый общекультурной тематике, связанной со Псковом. Так что речь идёт не только об издании сборников документов, но и альманахов в привычном формате сборника статей и материалов.

- Это превращает латвийский альманах в международное издание?

— С самого начала не ставилась задача делать преференций латвийским авторам. На первых порах даже преобладали авторы из России. Здесь важна не локация специалиста, а тема. А через Латвию какие только темы не проходили. И затронуть их могут не только историки, проживающие в Латвии. Например, летом в Ригу из Калининграда приезжал Владимир Иванович Шаронов. Вы слушали его выступление о философе Льве Платоновиче Карсавине. И что с того, что Шаронов живёт в Калининграде?

- Из тех 50 номеров альманаха, что уже вышли в свет, вы можете назвать особенно значимые для русскоязычной части читающего человечества или для вас лично?

— Думаю, можно выделить почти 300-страничный труд — сборник, посвящённый Борису Фёдоровичу Инфантьеву, который я готовил с коллективом авторов. Это была большая веха. Очень хотелось сделать второй том, но нужна была поддержка, поскольку часть текстов требует привлечения специалистов в разных языках. В рукописи Бориса Фёдоровича присутствуют фрагменты на польском, латгальском, латышском, белорусском языках. Ни один редактор не обладает такой широкой компетенцией, чтобы подготовить этот труд к изданию.

Потом, я бы хотел выделить альманах, посвящённый публицистическому исследованию русской культуры в Латвии, когда удалось опросить более 30 респондентов, как в Латвии, так и за её пределами. Мне кажется это было существенно для понимания русской ситуации в Латвии. Я также хотел бы выделить те сборники документов, их вышло уже четыре, что я издаю по истории Латвийской Православной Церкви с 1918 по 1923 год.

Это достаточно фундаментальная работа, которая серьёзно дополняет труд, проделанный Юрием Львовичем Сидяковым. Любому интересующемуся историей Латвии, русской общественной жизнью и культурой в связи с православной церковью каждый такой сборник будет представляться как исчерпывающее издание, потому что все основные, наиболее важные процессы, темы, проблемы в этих сборниках отражены. Может быть, там не хватает обширной вступительной статьи. Но эту статью или статьи можно будет написать, когда будут изданы все документы.

И ещё я хотел бы выделить альманах, посвящённый 25-летию Народного Фронта Латвии. Мне кажется, что он получился очень интересный и удачный, например, моя статья, посвящённая проблеме выбора русских людей в то непростое время.

«Явно недостаточно»

- Какое место, как вы думаете, занимает альманах в совокупности изданных 50 номеров в массиве исследований по гуманитарным вопросам последней четверти века?

— Здесь я могу сослаться на оценки, которые были даны со стороны. Так, Ирина Винник назвала это издание уникальным для всей русской Латвии. В настоящее время не так много изданий, которые бы периодически, но постоянно выходили бы у нас на русском языке. Журнал «Даугава» прекратил своё существование. Наши надежды обращены к литературному журналу «Рижский альманах». Издание Натальи Большаковой «Христианос» далеко выходит за рамки латвийской проблематики, а для меня латвийская проблематика исключительно важна.

Названного явно недостаточно для такого большого культурного конгломерата, какой имеется в Латвии. Порядка пяти-шести серьёзных гуманитарных изданий могло бы издавать русское сообщество Латвии при наличии хотя бы минимального ресурса и внимания власти, как это было в 20-30-е годы. Тогда в Латвии имелся Фонд культуры, который выделял деньги национальным общинам в соответствии с пропорцией данного меньшинства в массе населения страны.

- В современной Латвии действует так называемый Фонд культурного капитала, который призван поддерживать проекты такого рода.

— Опять же сошлюсь на мнение Ирины Маркиной, специалиста в сфере менеджмента культуры, которая в одной беседе сказала, что на русские проекты денег не дают. Такая оценка деятельности Фонда культурного капитала у неё сложилась. И я её разделяю. Я неоднократно подавал заявки, но всегда ответ был один — нет.

- Мотивированный ответ?

— То область не та. То тематика не наша.

- Но вы упоминали неких спонсоров. Кто-то же поддерживал издание альманаха? Можете назвать людей и организации, благодаря которым какая-то часть выпусков состоялась?

— Назову организацию, которая сегодня запрещена или почти запрещена в Латвии — Фонд «Русский Мир». Я был его грантополучателем. Однако уже очень долгое время фонд не поддерживает SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS. На начальном этапе, когда существовал Секретариат по дела общественной интеграции и Ирина Борисовна Винник возглавляла один из его департаментов (по делам национальных меньшинств — А.М.) мы получали поддержку на проведение семинаров и издание нескольких номеров альманаха. Естественно наш меценат, Владимир Борисович Соколов (ныне президент Русской общины Латвии — А.М.), до самого последнего времени помогал изданию альманаха.

- Почему по-вашему прекратилась поддержка со стороны организаций и частных лиц?

— С одной стороны, в силу внешних причин. По политическим мотивам деятельность Фонда «Русский Мир» в Латвии ограничивается, да и сама политика фонда не предусматривает регулярной, более двух-трёх раз, помощи одной организации. Невозможно быть постоянным реципиентом «Русского Мира». Секретариат по делам общественной интеграции прекратило своё существование и Ирина Борисовна Винник не возглавляет больше один из его департаментов…

- Ирина Борисовна Винник сейчас депутат Рижской думы, которая тоже оказывает какую-то поддержку общественным инициативам в сфере культуры.

— Рижская дума собирала семинары, где обсуждались эти вопросы. Но там своя отдельная история. Более трудная, более сложная. Я не понимаю всевозможных ходов, как находить правильные двери и нужных людей. Мои коллеги, достаточно компетентные и интересные люди обращались в Министерством культуры, но и с Министерством культуры почему-то ничего не получилось. Таковы внешние обстоятельства: альманах SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS направлен на русское сообщество, а в Латвии сегодня публичность по сути дела и прежде всего латышская, и именно эта сфера публичности имеет шансы получить донорскую или спонсорскую помощь. А внутренние причины заключаются в сужении формата альманаха до сборника документов. Такое издание не может рассчитывать на массовый интерес и большое общественное звучание.

- В Латвии много крупных предпринимателей русского происхождения, располагающих солидными и при том свободными финансовыми средствами. Давняя традиция поддержки просвещённой частью русского предпринимательского класса культурных проектов прекратилась?

— Не хотелось бы называть имена, но среди тех людей, которые анализируют ситуацию с русским спонсорством, преобладает однозначная оценка: благоприятное время для такого рода поддержки закончилось. Если до кризиса 2008 года такая помощь периодически поступала, то сейчас это явление куда боле редкое.

Рига — Псков

- Как складывается ваша личная судьба на этом фоне? Правда, что вы живёте на два города и на две страны?

Сейчас это не редкость. Я много лет — более десяти — провёл в архиве. Меня попросили прочесть курс «Архивоведения» для студентов Теологического факультета Псковского университета. Почему бы не воспользоваться таким предложением? В архивоведении я делаю крен на работе студентов в самом архиве, когда теория вытекает из практики. Так что и программу курса удаётся выполнить, и главную цель этой дисциплины достичь — приучить студентов к работе с документами. Вместе с тем я продолжаю работать учителем истории в Латвии. Одно другому не мешает. Даже наоборот, дополняет — делает картину мировоззренчески более интересной, разнообразной.

- Как правило, юбилей в жизни человека один — 50 лет. Мало кто доживает до второго юбилея — до ста лет. Но в издательском деле это более достижимо. У вас есть видение на следующие 50 выпусков альманаха?

— Как-то на одном семинаре известный публицист Виктор Авотиньш высказал такую мысль, когда пытались обозначить роль нашего гуманитарного семинара в Риге и в Латвии. Он сравнил мою деятельность с работой медиума, который внимательно вслушивается в настроения людей и пытается определить ту нотку, из которой рождаются новые темы, новые публикации. В этом отношении я могу сказать, что издание альманаха было и остаётся коллективным проектом. Его будущее во многом зависит от сотрудничества с сообществом, взаимной заинтересованности. Именно это настроение и определит будущее издания, которое было придумано мною.

- Вы намерены по-прежнему играть роль медиума?

— Это уж как от Бога, от Провидения дано. Дано быть медиумом или пророком, или кем-то ещё, и человек им становится. Так случилось, этим я и занимаюсь.

Источник. 

Загрузка...

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ