riga
Литва
Эстония
Латвия

Интервью

Станислав Букайн.
© BaltNews.lv

Призвавший к протестам в Риге Станислав Букайн: Мы будем решать, кто будет мэром и как формировать коалицию

Портал BaltNews.lv встретился с лидером молодёжной организации Партии евроскептиков Станиславом Букайном, который стал лицом массового публичного мероприятия «Чёрная Пятница» (ЧП), намечаемого к проведению 13 января 2017 года.

Мы беседовали со Станиславом в мирной обстановке гостиничного фойе, окутанные мягким полумраком, погружённые в предрождественскую атмосферу. Мерцали новогодние гирлянды, а за спиной моего собеседника маячило здание Кабинета министров, возле которого скоро могут произойти события, которые, возможно, потрясут Латвию.

- Не является ли ваша активность по продвижению акции 13 января простым самопиаром с целью повысить собственную узнаваемость перед муниципальными выборами 2017 года?

— Для Партии евроскептиков, которая существует с 1998 года и стала вновь активно развиваться в последние несколько месяцев, пиар не нужен. Сам бренд «Евроскептики» включает все понятия, которые разделяют 75% населения нашей страны. Если мы возьмём русских, то практически все недовольны тем, что мы вступили в НАТО. Если мы возьмём латышей, то очень многие недовольны тем, что мы вступили в ЕС и лишились своей валюты. Свою партийную деятельность мы изначально решили вести вразрез со всеми остальными политическими партиями, движениями, организациями и объединениями. Мы конкретно выступаем как партия, которая против всех, и при этом мы реально ломаем шаблоны. И сейчас уже готовимся к парламентским выборам.

- Если Партия еврокептиков, как вы говорите, не нуждается в пиаре, то, может быть, это личный самопиар Станислава Букайна?

— Мне не нужен личный самопиар. Люди, которые пользуются Facebook, так или иначе хоть раз про меня слышали. На данный момент я единственный видеоблогер в Латвии, который занимается общественно-политической тематикой. Есть разные блогеры и видеоблогеры, которые высказываются на разные темы, но именно на политические и общественно-социальные темы снимаю видео только я. Если мы возьмём 2015 год, то за этот период мой коллектив снял больше видеосюжетов, чем все остальные интернет-порталы вместе взятые.

- Вопрос в том, сколько просмотров дали эти видео?

— К примеру, последнее видео, в котором отражены интересные семейные перипетии латвийских евродепутатов г-жи Григуле и г-на Мамыкина, посмотрели в Facebook в группе «Pret visiem» («Против всех») более 220 тысяч человек. Охват этой публикации составил 440 тысяч человек. В подводке к этому видео мы написали, что в Латвии нет разделения наций, а есть два вида жителей: простой народ и политики. Все с этим согласились.

Кандидат в депутаты

- Но вы ведь тоже являетесь латвийским политиком.

— Я бы не сказал, что я политик. Я общественный деятель, которого вынудили идти в политику по ряду причин. У меня начались очень серьёзные проблемы с Полицией безопасности (ПБ) из-за того, что я когда-то собирал гуманитарную помощь для Донбасса. Я ни в коем случае не хочу пиариться на этой теме, но мы здесь с вами сидим именно потому, что мне не оставили другого выхода. У меня нет счетов в Латвии, у меня заблокированы счета фирмы, у меня задушили фирму как юридическое лицо. Постоянно были проверки у родителей. Остался единственный вариант — идти в политику. На последнем допросе я чётко сказал: я сначала пройду в Рижскую думу, потом я пройду в Сейм, и тогда я буду каждого сотрудника ПБ по очереди каждый день вызывать к себе на ковёр. И они не смогут не явиться на ковёр к депутату Сейма.

- А когда был последний допрос?

— Последний допрос был связан с тем, что мы пригласили в Латвию автоколонну, которая шла из Германии в Россию. Это было в июле этого года. Автопробег мира. Первая акция возрожденных евроскептиков. В Партию евроскептиков влились новые люди, которые по ряду причин ушли из «Согласия», ушли из других партий. Мы решили, что мы достаточно самостийные, чтобы заниматься политикой и не обращать внимание на то, что нас сейчас недостаточно много. Хотя рядовых членов уже более тысячи человек. Но про это молчат SKDS и другие компании, занимающиеся оценкой политических активов партий.

- Вы называете себя кандидатом в депутаты, хотя предвыборная кампания официально ещё не началась. Не было ни регистрации списков, ни регистрации кандидатов в депутаты. Почему вы вводите людей в заблуждение? Вы не кандидат в депутаты, и неизвестно, станете ли им.

— Я руководитель молодёжного отделения Партии евроскептиков. Я отвечаю за каждого человека в партии, не достигшего 35-летнего возраста. С каждым из них я общаюсь, если не лично, то по интернету. Я просто не могу не быть кандидатом в депутаты.

- Может быть, вы только планируете стать кандидатом в депутаты, когда дойдёт дело (если дойдёт) до формирования предвыборных списков и их регистрации в Центральной избирательной комиссии, которая может ещё не утвердить по той или иной причине вашу кандидатуру. Вы же уже сейчас именуете себя кандидатом в депутаты.

— Если произойдёт тот случай, что вы описали, за нашу партию проголосуют даже те, кто не планировал это делать, потому что это будет явным беспределом со стороны властей. Как и сейчас. Мы можем пострадать, но мы ведём политическую борьбу со всем KNABом (Бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией — А.М.), где работают 150 человек, но работают так интересно, что видят только то, что им нужно. Мы открыто вступили с ними в конфронтацию и обвинили их руководителя Ярослава Стрельчонока в содействии партии «Согласие».

Зри в корень

- Вы сказали, что у Партии евроскептиков уже более тысячи членов. Кто поддерживает вашу организацию?

— Если смотреть по молодёжи, то одну треть составляют латыши, две трети — русские и небольшая часть — это латгальцы из крупных городов Латгалии. Представлены все социальные слои — от безработных до представителей малого бизнеса, который сейчас душат. Вот они и приедут на акцию 13 января. Прошла информация, что мы готовим майдан, революцию или ещё что-то. Это объясняется просто. Все другие партии, которые являются для нас конкурентами, дружно не пускают евроскептиков на политическую кухню Латвии. Они думают, что не пускают, хотя мы уже являемся реальной политической силой. Самая основная наша задача — чтобы люди могли прийти на площадь и сказать в микрофон свою речь на 3-5 минут, чтобы все услышали.

- Кто стоит за вашей партией?

— Партию финансируем мы сами из своих средств. Полностью. Мы можем пригласить вас в наш офис, и вы увидите, что соучредителями партии являются владельцы нескольких охранных фирм. Поэтому мы можем обеспечить любой уровень охраны на планируемом 13 января мероприятии.

- Просочилась информация, что Партией евроскептиков стоит латвийский предприниматель Василий Мельник.

— Василий Мельников?

- Василий Мельник.

— Нет, у нас руководитель партии Игорь Мельников.

- Это разные люди. Вопрос не в том, кто является официальным руководителем, а в том, кто финансирует, кто стоит за возросшей активностью вашей партии.

— Ну, может быть, вы мне расскажете, кто такой Василий Мельник?

- То есть, вы его не знаете?

— Я слышал пару раз это имя. Мне кажется, он был депутатом.

- Вы не знакомы с ним?

— Нет.

- Получили ли вы разрешение от Рижской думы на проведение акции 13 января?

— От Рижской думы мы получили уточняющее письмо. Мы ещё должны уточнить отдельные моменты и подать документы вновь. В связи с этим мы отдельно получим разрешение на зажжение символического костра. Каждый будет видеть, что этот день ассоциируется с тем, что 26 лет назад русские и латыши стали вместе бороться за ту независимость, которую они тогда видели.

- Но вам ведь известно из истории, что 13 января — это не только начало дней баррикад в 1991 году, но и «кровавый четверг» в 1905 году, и провозглашение Латвийской Социалистической Советской республики в 1919 году, и события, развернувшиеся в 2009 году, когда после митинга на Домской площади дело дошло до беспорядков…

— Ну, скажем так, тогда, в 2009 году, Vienotība («Единство») рвалась к власти и получила её, а что происходит сейчас, я поясню. Начиная с 18 ноября, в СМИ, в соцсетях, вообще в медийном пространстве Латвии постоянно шло нагнетание негатива: правительство плохое, всё плохо, несправедливо, надо что-то делать. Сначала латышские СМИ стали публиковать информацию о Елене Малыгиной, раскритиковавшей День независимости, потом появилось письмо какого-то латыша, который дескать не хочет возвращаться из Англии в Латвию, потому что здесь устраивают факельные шествия. Дальше пошла просто экономическая критика, и последней каплей стало выступление видеоблогера Петериса Мелниса.

Сопоставив всё это, мы заметили, что в соцсетях стала мелькать дата 13 января. С разных сторон стали поступать данные, что на 13 января что-то планируется. Только они всё это раскачивали медленно, по-видимому, в последний момент планируя призвать: собираемся 13 января и делаем то же самое, что было семь лет назад. Вот чтобы этого не случилось, мы их опередили. По-сути мы, или лучше буду говорить о себе: как я был три года назад, когда начинал сбор гуманитарной помощи, ярым представителем антимайдана, так и сейчас.

То что мы сейчас делаем — это антимайдан, чтобы не допустить повторения событий 2009 года. Тогда г-да Пабрикс и Ушаков выступали «за перемены». В итоге Vienotība пришла к власти. Сейчас из абсолютно разных источников, из проверенных источников, не связанных между собой, мы получили информацию, что «зелёных» и «крестьян» хотят развести на две партии, как когда-то у нас разделили Parex banka на Reverta и Citadele: хорошую Citadele и плохую Reverta. Так же разделят СЗК. Останутся одни только хорошие, светлые и пушистые. Они возьмут власть.

- И кто будет пушистым?

— Я не буду называть конкретных имён.

- Кто из них? «Зелёные» или «крестьяне»?

— А какая разница? Народу от этого не легче.

- Разве народу легче от того, что Союз зелёных и крестьян представляет собой единую силу?

— Если бы они привели в исполнение свой план, это, возможно, могло бы привести к роспуску Сейма. Мы против несвоевременного роспуска Сейма. Мы нацелились уже на парламентские выборы. У нас программа уже написана под эти выборы. Мы не можем допустить, чтобы эти господа распустили Сейм, назначили внеочередные выборы, получив при этом огромные компенсации. Мы сейчас не готовы к этому.

- А если Рижская дума всё-таки не разрешит проведение акции 13 января, сославшись, как обычно, на якобы поступившие рекомендации со стороны ПБ, дескать мероприятие может угрожать спокойствию и порядку?

— Тогда мы пойдём в суд. Мы готовы к этому шагу. И мы спросим, почему ПБ не реагировала на действия, целенаправленно проводившиеся в медийном пространстве по очернению ситуации в Латвии? Они сами нагнетали конфликт, о чём я говорил выше.

- Как вы можете призывать людей к участию в мероприятии, которое ещё даже не согласовано?

— Оно согласовано. Мы подали заявку. Нам не запретили. Нас попросили уточнить определённые моменты.

Братья навек

- Кого вы называете «уродами» и «жопами» в своем видеообращении, и чего вы хотите добиться акцией 13 января?

— Да, высказался несколько эмоционально о всех тех, кто сидит в Сейме, в Кабинете министров, в Рижской думе и других государственных и муниципальных учреждениях последние 25 лет. К чему привело это сидение на их пятой точке, мы видим. Наша цель показать им, что, несмотря на все усилия по нагнетанию ненависти между русскими и латышами, мы сделаем то, чего от нас не ждут. Мы держим руку на пульсе, мы их разоблачили, теперь им будет гораздо труднее действовать.

13 января из Резекне и Даугавпилса приедут минимум два микроавтобуса с настоящими латгальцами. Соберёмся все вместе — русские, латыши и латгальцы, и побратаемся. Не смогут после этого политики дальше гнуть свою линию на раскол русских и латышей. Мы вынудим все партии поднимать экономические вопросы, потому что национальный вопрос, я надеюсь, не сможет и дальше служить политической картой.

- На сайте вашей партии обращение с призывом собраться напротив Кабмина и устроить «Чёрную Пятницу» опубликовано только на русском языке. О каком братании народов идёт речь, если вы обращаетесь только к русскоязычной аудитории?

— Это был первый ролик. Следующий будет на латышском языке.

- У вас есть программа, с которой вы обратитесь к собравшимся, или к обществу от имени собравшихся?

— Будет программа, которая успеет за это время пройти три-четыре круга обсуждения. Люди будут меняться. Мы будем зачитывать программу, и люди с опытом в какой-либо сфере смогут принять участие в её обсуждении.

- У вас есть черновик этой программы?

— У нас есть программа уже для муниципальных, парламентских и выборов в Европарламент. Мы евроскептики, но это не значит, что мы откажемся от участия в выборах Европарламента. Мы уже сейчас ведём переговоры, и нас уже сейчас готовы взять во фракцию евроскептиков в Европарламенте. Программа есть, но некоторые нюансы нуждаются в доработке на местах.

- Можете озвучить ключевые тезисы своей программы?

— Ключевой тезис заключается в том, что мы должны забыть прошлое и действовать в настоящем ради счастливого будущего. Мы хотим лишить конкурирующие партии главного козыря. Если они не смогут разыгрывать национальную карту, в вопросах экономики мы уделаем их на раз-два.

- Каким образом?

— У нас реальные профессиональные экономисты. У нас люди, которые зарабатывают деньги в реальном секторе экономики, не связанном с госзакупками, еврофондами и прочими кормушками.

- Может быть, единственной их целью как раз и являются эти самые госзакупки и еврофонды, к которым сейчас они доступа не имеют?

— Это не так. Мы уже сейчас можем ввести бесплатный автотранспорт для всех — рижан и не рижан, а также для гостей столицы. Как только мы придём к власти, общественный транспорт в Риге станет бесплатным. Мы уже сейчас можем обосновать цифрами реальность такого шага. Rīgas satiksme («Рижское сообщение») уже сейчас получает дотации, штат этого предприятия раздут настолько, что, сократив половину управленческого персонала, уволив контролёров, избавившись от посредников в лице e-talona, который обслуживают и Narvesen, и банки, мы увидим, что Rīgas satiksme понадобится лишь небольшое софинансирование от государства. В бюджете Риги хватает средств, чтобы это реализовать.

Этого не делают уже сейчас потому, что политически выгодно давать скидку на проезд школьников и пенсионеров, что ложится тяжёлым грузом на плечи всех остальных. Мы можем пойти по пути Таллина и даже дальше, чем пошёл Таллин. Тем самым мы снизим коррупционные риски и дадим стране, которая висит на грани, небольшую передышку.

Деньги не нужны

- Вернёмся к акции 13 января. Скептики сомневаются в ваших организаторских способностях. Как вы будете управлять людьми, которые, как вы думаете, соберутся перед зданием Кабмина?

— Не хотелось бы пиариться на этой теме, но, несмотря на противодействие правительства, спецслужб и средств массовой информации, мы с друзьями организовали в Латвии сбор гуманитарной помощи для Донбасса. До сих пор её собирают по всей Европе и отправляют через Таллин на Донбасс. Если мы такое смогли организовать в Риге, причём я вложил в это не более 2 тысяч евро своих денег, то там, где будут представители наших охранных фирм, мне и делать ничего не придётся, кроме как объявлять в микрофон желающих выступить. А такие там будут.

- Итак, охрана, сцена, мощные колонки, генератор, машина. Немаленькая сумма набегает. Откуда деньги?

— У меня есть определённые накопления. Я решил вложить около тысячи евро своих денег. За эти деньги мы сможем сделать то, что абсолютно необходимо для Латвии, как я считаю. Объединим русских и латышей. Если мы идём в политику, то, разумеется, мы имеем какой-то финансовый запас, какую-то финансовую подушку. Деньги, которые мы вложим в эту акцию, будут несоизмеримы с выхлопом от неё. Мы умеем считать деньги, умеем их зарабатывать и знаем, когда вкладывать, а когда нет.

- Известно, что для участия в политическом процессе нужны не просто деньги, а большие деньги. Личными накоплениями здесь не обойдёшься. Нужны миллионы.

— В этом отношении нам гораздо легче. У нас партия, в которой состоят реальные евроскептики. Они доказали это тем, что у них проходили обыски…

- Партия евроскептиков существует давно, и никакими успехами на выборах она похвастаться не может.

— Да, но произошёл полный пересмотр ценностей, и в партии полностью сменилось руководство. Там все — новые люди. А в молодёжную организацию пришли многие из тех, с кем мы собирали гуманитарную помощь для Донбасса. Если вбить наши имена в Google и посмотреть, какую школу мы прошли, что мы пережили за это время, то мы можем быть полностью уверенными в том, что большинство русских в Латвии проголосует за нас.

- В Латвии немало людей, которые имели столкновения с латвийскими спецслужбами, которых преследовали власти, за плечами которых и административные, и уголовные дела, но это не обеспечило им победы на выборах.

— Я вас понял. У них не было одного. У них не было идеологии. Именно поэтому мы в состоянии делать это всё без денег. Народ созрел для того, чтобы поддерживать нас, чтобы помогать нам. Мы уже практически сформировали списки кандидатов в депутаты. Нам, в принципе, как таковые уже не нужны новые люди в кандидаты в депутаты.

Мы даже готовы, по примеру «Единой России», пойти на предварительное голосование. Мы рассчитываем на такую большую поддержку народа, что незадолго перед формированием предвыборных списков назовём имена кандидатов, чтобы каждый мог выложить на них компромат, если таковой имеется.

- Судя по вашей страничке в Facebook, страничке самого известного на данный момент евроскептика в Латвии, вы не располагаете массовой поддержкой, сопоставимой, скажем, с поддержкой того же Ушакова, какую мы видим на его персональной страничке.

— Не забывайте, что Ушаков на саморекламу и рекламу Рижской думы потратил 700 тысяч евро из бюджета налогоплательщиков. Мы же делаем всё это на свои деньги. И качество наше почти всегда превосходит качество сюжетов, которые выдают журналисты на Латвийском телевидении. Они спрашивают только политиков с одной стороны, а мы почти всегда стараемся спросить мнение простых жителей.

- Но как вы можете рассчитывать на успех своей агитации без вложения сопоставимых сумм?

— Они нам не нужны. Нас и так смотрят. Я вам уже приводил пример с сюжетом о приключениях в Европарламенте Андрея Мамыкина, который посмотрело более 220 тысяч человек.

Смутные сомнения

- Ряд акций, связанных с вашим именем, оставляет странное впечатление, словно их единственной целью является выявление горячих голов среди населения, прежде всего русскоязычного.

— Я бы уточнил. Нет как такового русскоязычного населения. Есть русские, есть украинцы, есть белорусы, поляки. Термин «русскоязычные» введён политтехнологами…

- Дело не в термине, а в горячих головах, которых позволяют выявить и нейтрализовать проводимые вами акции.

— Я готов предоставить очень толстую папку, в которой собраны сотни документов о проверках на моём прежнем месте работы. Я могу отчитаться за каждый месяц сбора гуманитарной помощи. Эти документы заверены десятками подписей сотрудников СГД, Пожарной службы и других учреждений. В конце концов, сами проверяющие стали понимать, что начальство отправляет их проверять фирму лишь потому, что в ней работает Станислав Букайн.

Но вы можете задать вопрос открыто, не являюсь ли я… Определённые русскоязычные, не назову их русскими, общественные деятели, которые часто ездят в Россию, периодически заявляют, что я агент спецслужб, что я работаю на ПБ, на посольство США. Вот это вы хотели спросить?

- Даже если вы и не работаете на упомянутые вами организации, так или иначе выходит, что ваша деятельность высвечивает людей активных, готовых на радикальные действия, они попадают в поле зрения спецслужб и тем самым нейтрализуются. Помните эти ваши проезды с развевающимся из окна автомобиля флагом ДНР, встречи с населением по микрорайонам, палатки

— Как не помнить? Это дело сейчас притихло в связи с тем, что мы сейчас представляем из себя реальную политическую силу. Они просто выжидают, выиграем мы выборы или нет. Следствие продолжается. Я до сих пор нахожусь в статусе подозреваемого в терроризме. Мне до сих пор грозит лишение свободы сроком до 10 лет.

- 18 мая 2015 года вы призвали идти к Угловому дому, чтобы спилить крест с распятым на нём муляжом якобы Путина

— Это был реальный муляж Путина.

- Не суть. Вы призвали «мужиков» собраться с бензопилами, пройти маршем по городу, спилить крест, не имея разрешения на проведение такой акции, призывая на проведение несанкционированной акции, если такое разрешение не будет получено. Разве это не провокация?

— Это не провокация. Это защита интересов народа Латвии. После этой акции Россия на какое-то время перестала покупать латвийские шпроты. До сих пор не покупает. Правильно?

- Вы связываете это с этой акцией?

— Я связываю это с местью спецслужб России. Если вы думаете, что можно самую великую державу макнуть в грязь лицом и за этим не последует каких-либо экономических последствий, значит вы недостаточно понимаете геополитику. Россия не могла не ответить на такую провокацию.

- Но вы сами не явились на эту акцию.

— Я явился вместе со своими друзьями. Друзья выступали в роли операторов-журналистов. Меня задержали. Я провёл в КПЗ четыре часа после чего меня отпустили, после чего было заведено административное дело, которое потом развалилось.

- А если такая же история повторится 13 января. Вас задержат, а вы организатор

— Я не организатор акции 13 января. Её организуют руководители Партии евроскептиков. Я занимаюсь её пиаром.

Настоящий радикал

- Как вы прокомментируете обвинения вас в радикализме. Вас называют «русским радикалом».

— Я считаю, что человек, который призывает забыть прошлое, жить ради будущего, призывает к братанию русских, латышей и латгальцев — это для нашей страны настоящий радикал. Он идёт против системы, значит он радикал. А у нас система такая — стравливай, разделяй и властвуй.

- Допустим, все ваши планы сбудутся, вы получите представительство в Рижской думе, потом в Сейме, с какими политическими силами вы будете сотрудничать, если не получите абсолютного большинства.

— При любом раскладе уже сейчас нам понятно, что если не случится какого-либо ЧП в Латвии, мы и на муниципальных выборах в Риге, и на муниципальных выборах в Латагалии, и на парламентских выборах через год получает золотую акцию. То есть мы будем решать, кто будет или не будет мэром. Мы будем решать, как формировать коалицию. У нас будет золотой пакет голосов.

- Вы сказали: если не случится какого-нибудь ЧП. Вспомним, что ваша акция «Чёрная Пятница» сокращённо называется ЧП.

— Да, она так называется — «Чёрная Пятница» для правительства, но не для народа. Если мы возьмём власть, а мы её возьмём, все наши обещания будут выполнены.

 

Загрузка...

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ